— Зарядка, — огрызнулся я, вставая в центр комнаты и с тоской окидывая её взглядом.

У выхода появилась грубоватая бамбуковая стойка для доспехов, на которой сейчас валялось моё верхнее платье-халат с поясом, в нише расположилась такая же простенькая бамбуковая подставка под мечи. И мой меч и кинжал на ней смотрелись хорошо. Ну, нет. Не совсем бродяга без территории. Эта комната всё же считается моей, хоть служанки тут и шастают. Кстати да. Надо будет сделать парочку зарисовок на бумаге и повесить на стену. Чтобы покрасивее стало. Или узнать девиз этой школы и красивым почерком его вывести, прибив над дверью? А лучше сделать и то, и другое. Что я, безрукий? Не могу сам своё жильё украсить? Могу. И сделаю. Чуть попозже.

Кстати, да. Оставить служанке с утра серебряную пластину для кладовщика. Опять расходы.

* * *

— Эта недостойная Чэнь Сиэр рада познакомиться с вами, уважаемый Янтарь, — поздоровалась со мной новенькая служанка.

Видимо, та самая сестрица Чэнь Сиэр, которая дежурила в общежитии тогда, когда я памятку посеял. Кстати да, надо спросить про неё сразу же. Только отдать ей пиалу для начала. И чашу. Ну, чтобы отвар да лапшу положила. Судя по запаху — сегодня у нас именно рисовая лапша с овощами.

— Я тоже рад познакомиться с тобой, Чэнь Сиэр. Меня зовут Мин Фенг. Скажи, когда ты приносила мне форму в то утро, не видела ли ты памятку? Я куда-то её задевал перед тем, как отправиться спать.

— Нет, господин Мин, не видела, простите. Я ведь просто зашла и положила форму на полку. Больше ничего. Приятного аппетита, — протягивая мне наполненную пиалу и чашу с травяным отваром, ответила девушка.

— Жаль, — тяжело вздохнул я и, поставив пиалу и чашу на свой переносной столик-поднос, пошёл занимать свободную подушку.

Мда. С памяткой — облом. Придётся ждать до выходного и бежать в библиотеку. Но до этого ещё дня четыре. Или даже пять.

Кстати, есть своя прелесть в том, чтобы просыпаться на два часа раньше выхода. Вон, все остальные товарищи по утренней побудке только спускаются вниз, полусонные и с помятыми после сна лицами, а я ничего, бодрячком. Зарядку сделал, умылся, порядок в мыслях и планах составил. Хотя побудка была ещё та. Жутковатая. И, боюсь, в конце дня мне этот ранний подъём аукнется.

"Тинг, ты опять?" — недовольно спросил я, не увидев над головами сокурсников их имён. — "Я же просил включить подсветку известных мне имён. Или ты хочешь сказать, что сейчас в зале только новички, вчера не знакомившиеся со мной?"

— Ой, какой ты зануда! Тренируй память на лица, а? — фыркнула Тинг мне в ухо, но выполнила просьбу.