— Вам не кажется, что мы упускаем из виду один важный вопрос. — Вмешался я в их рассуждения. — Какого черта я живой.

— Тут как раз все понятно. — Отмахнулась Василиса. — Живая вода продолжала действовать, ресурсы организма, конечно, поизрасходовались, но ты спасся, отсюда кстати и твой флегматизм. Больно уж ты спокоен для человека, пережившего вчера два нападения. — Я пожал плечами и снова отпил кофе.

— Осталось выяснить, кто все же напал на Дмитрия. — Вмешался Сан Саныч.

— Я подозреваю того бандита, которого я позавчера задержал в ресторане. — Сообщил я ему.

— Исключено. — Капитан потер глаза. — Он в изоляторе, задержан на трое суток, так что его ты можешь начинать бояться только с завтрашнего дня, а пока. — Он повернулся к Соловью. — Соловей Кощеевич, в каких войсках могут обучать подобным приемам?

Выпроводить их я смог только через час, после того как они все обсудили, поспорили, пару раз Сан Саныч чуть не подрался с Соловьем на почве внезапно возникшей неприязни, но в итоге, полицейский пообещал, поднять данные из военкоматов о жителях города, проходивших службу в войсках специального назначения, Соловей. Гарантировал поддержку людьми и финансами, Василиса просто мило всем поулыбалась, а напоследок, после того как все ушли, задержалась только для того, чтобы прижать меня к стенке, придавив мое горло локтем.

— Дима! — Прошипела она мне в лицо. — Шутки шутками, но, если ты при свидетелях позволишь себе высказываться о моих прелестях, Кощей тебя закопает. — В ответ на это предупреждение я повел себя как джентльмен, как джентльмен, которого уже который день накачивали афродизиаком, я все же не забыл совета Яры о том, что нельзя показать Василисе, что я в курсе ее планов, я просто попытался одновременно чмокнуть ее в губы и потрогать за попу, второе мне даже удалось, за что я получил увесистую и звонкую оплеуху, после чего первая леди Института удалилась вся красная то ли от злости, то ли от смущения. Я же принялся копаться в вещах Бельского, ну не могу же я, честное слово разгуливать босиком по улице.

Спустя час, когда ко мне снова заглянул волк, чтобы поинтересоваться, где же меня носит, я красовался в своих единственных оставшихся джинсах, черной футболке с надписью «Глубоко фиолетовый» и… Домашних тапочках с зайчиками, ну а что, если в гардеробе предыдущего хозяина квартиры это была единственная пара обуви, которая на меня хоть как-то налезла.

— Дмитрий! — Волк восхищенно оглядел тапки. — Ну а что, лично мне нравится, можешь ногами пошаркать, словно они по травке скачут?