Пётр подумал — логика извращённая, но картина вроде бы проясняется. Репьёв избавляется от Зарницыной и при этом компрометирует графа, на чьей земле произошло убийство. После чего выторговывает себе более выгодные условия… Ну, допустим… И всё равно непонятностей слишком много…
— Кто у тебя в сообщниках? Здесь, на острове?
— Я один… Сначала вообще не должен был ехать… Репьёв скентовался с Шершнем, тот сам обещал всё сделать…
— Кто такой Шершень?
— Местный гадёныш, на колдовстве повёрнутый… Графа ненавидит — аж до печёнок… Когда-то граф его выпнул на материк… А Репьёв, наоборот, дал денег, чтобы Шершня вернуть на остров… Но в итоге Репьёв и Шершень тоже перегрызлись по полной…
— Шершень вышел из-под контроля?
— Типа того… Собрался графа зацапать и увезти в какую-то нычку, причём с концами… Репьёву это было не в масть… Короче, мне Репьёв приказал — дождаться, пока Шершень завалит бабу, а потом валить его самого…
— Как настоящее имя Шершня? Где его нычка?
— Я без понятия. Он отморозок конченый… Да ещё и скрытная сволочь… Отзывается только на погоняло…
— Знаешь, где Шершень планирует покушение?
— Нет… Поэтому за бабой слежу…
— А если Шершень её так и не застрелит?
— Тогда я сам… У меня винтарь…
Пётр вновь задумался на секунду:
— Ты из порта ехал за нами, но потом отстал. Почему?
— Убедился, что вы свернули на Соловьиную… А номер дома я и так знал…
— Откуда?
— У меня легавый прикормленный на пароме… А у него — тут в городе есть какие-то кореша, они ему рассказали… Баба-то твоя не халупу сняла копеечную… Разведать — много ума не надо…
— С этим понятно. Зачем ты сейчас приехал?
— Метку хотел поставить… Перед гаражом…
— Что за метка?
— Следящая. В куртке у меня пузырёк… В кармане…
Пузырёк этот Пётр пока не стал доставать, чтобы не отвлекаться. Лишь коротко уточнил:
— Там что-то с пси-рудой?
— Да… Хитрая штука, новая… Если под колёса рассыпать, то я заранее буду знать, куда вы поедете…
— Даже так? Гм, ладно. И ты устроил бы там засаду?
— Ну, типа…
Глаза у мотоциклиста начали закрываться. Пётр тоже устал и уже с трудом удерживал концентрацию — поэтому разорвал зрительный контакт, вытащил иглу и поднялся. Пленник тут же забылся тяжёлым сном.
Пётр поднёс к глазам конфискованный пузырёк — прозрачный, с широким горлышком. Внутри был сероватый песок или что-то вроде того. Некоторые песчинки отблёскивали металлом.
Мелькнула мысль — и почему пси-руду расходуют на всякую мерзость? Пули, иголки для допросов, следящие порошки… Неужели нельзя пустить её на что-то хорошее? Впрочем, да, вопрос риторический…
Но теперь хотя бы стало понятнее, что произошло на холме. Атаку начал колдун по прозвищу Шершень с двумя подручными, но не добился цели. И граф, и Зарницына сумели сбежать. Тогда вмешался мотоциклист, который сидел в укрытии…