Земля не зря считается Стихией созидания. Особенно для Ордена Архитекторов, но у неё есть и вторая сторона. Столь разрушающая, что на этом поприще даже Огонь и Молния отходят в сторону.

Я убрал молот в ключ и распростёр руки. Мои глаза вспыхнули золотым пламенем, а за спиной появился ещё один Барьер Земли, но в разы больше.

Пальцы задрожали от напряжения, спина покрылась холодным потом, но Стихия откликнулась. Слабо, едва различимой связью, но она услышала мой зов и целые пласты земли начали подниматься в воздух.

Позади потянуло эмоциями удивления и трепета, но я игнорировал их. Нужно закончить начатое. Похоронить этих выродков!

Со звериным рёвом, я резко опустил руки и огромные пласты земли упали на головы оборотней, погребая их под собой и перепахивая весь окружающий лес.

Обернувшись, заметил подоспевших гвардейцев и тёмных эльфов, занявших позиции на стене. Они взирали на меня широкими глазами и на их лицах читался полный шок от увиденного.

Два Барьера Воздуха — смысла в экономии уже не было никакого — и я поднялся в воздух. Агарес зачистил свой сектор, устроив кровавую баню. С высоты это виднелось особенно отчётливо. Куча разрезанных на куски тел, ошмётки и внутренности, а ещё кровь… очень много крови. Он буквально утопил её всю землю у северной части лагеря, добивая подранков.

У Азраила ситуация похожа. Ангел был без доспехов, но они ему и не требовались. Не против такого врага уж точно. Я встречал пернатых в прошлой жизни, но мне они не казались слишком уж опасными. Угроза от них была, особенно для какой-нибудь тёмной твари, но не более. Но то, что творил Азраил, немного поменяло моё мышление. Он орудовал огненным копьём, как настоящий виртуоз. Ни единой ошибки или лишнего движения. Чётко и плавно, ангел будто вошёл в танец, превратившись в натуральную машину смерти. Он даже крылья использовал, сбивая оборотней на землю, либо же отгоняя их и дезориентируя.

Резкий выпад огненным протазаном, голова оборотня разлетелась, как переспелый арбуз и окровавленный ангел поднял голову к небу, с улыбкой посмотрев на меня и помахав рукой. Его глаза полыхали светом и азартом, а корчащиеся и скулящие недобитки отправились вслед за собратьями. Ангел просто взмахнул рукой и твари начали в буквально смысле гореть! Из их глаз вырвался свет, сжигая мохнатые туши заживо!

Заметив суету в центре лагеря, я увидел, как эльфы теснили особенно крупного оборотня. Он был выше и шире в плечах, чем его собратья, трупами валяющиеся на земле. Гвардейцы, в числе которых был Перун, без остановок палили в тварь, но та не подыхала. Более того, он даже огрызался и не давал эльфом себя ранить.