— Вы уверены, что стоит?
— Ты слышал Лис. В этом замешан темный. Нам нужно поставить в известность начальника. Боря до сих пор надеется, что это какое-то недоразумение, и «Стражи завесы» тут не при чем.
— Ладно. Тогда созвонимся позже.
«Странно, что Алиса брату не названивает. Если они, конечно, не поругались перед тем, как Боря уехал. Она так может и неделю дуться, чисто из принципа. Ох уж, эти женщины. Вот у меня мозг тоже расплавился из-за одной».
Глеб ехал быстро, но я не отставал. Не хватало еще дать ему удрать с Василисой в бессознательном состоянии. Сколько раз мы превышали скорость, только бы добраться побыстрее, даже считать не берусь.
Темный подъехал к заднему входу трехэтажной больницы на окраине нашего города. Заходящее Солнце отражалось в пластиковых окнах, фасад здания, обшитый бежево-коричневыми панелями, совсем недавно капитально ремонтировали. Рядом был высажен небольшой парк, состоящий из нескольких дорожек, редких деревьев и кустов, стояла пара скамеек. Еще сидя в машине, темный кому-то позвонил, разговаривая с ехидной улыбкой, кажется, что дорога смогла его успокоить. Я не чувствовал какого-либо подвоха в действиях Глеба.
К моему неудовлетворению на руках ведьмочку нес он, а я молча следовал за ним. Мы вошли в здание и поднялись по лестнице на верхний этаж, прошли вдоль тихого и безлюдного коридора до двери Vip–палаты, где уже все приготовили: застелили чистое постельное белье, в комнате свежо, чисто и пахло стерильностью. Глеб тут явно бывал часто, потому что шел целенаправленно и без сопровождения.
Врач — низенький мужчина с седыми волосами — сразу начал крутиться вокруг новой пациентки, которую темный положил на больничную кровать. Нас с Глебом он настойчиво и бесцеремонно выгнал из палаты. Темного мага мужчина совсем не боялся, что меня удивило и вызвало улыбку.
Вдвоем мы стояли у большого окна, ведущего в палату и сейчас не зашторенного белоснежными жалюзи. Врач послушал сердцебиение Василисы, осмотрел и поставил капельницу. В этот момент я пожалел, что ничего не смыслил в медицине. Было сложно спокойно смотреть, как ее опять чем-то колют, но, сжав челюсть покрепче, я продолжал терпеливо наблюдать. Расслабился только в тот момент, когда увидел на лице девушки легкий румянец. Лиса задышала ровно и спокойно, как будто просто спала. Врач вышел из палаты и посмотрел на нас, оценивая с ног до головы, а вид у нас был, мягко говоря, потрепанный: оба в грязи, пыли и крови. Но мужчина не стал задавать лишних вопросов, словно постоянно наблюдал подобное.