— Вот и славно. Лучше не смотри.
Лекарка начала приготовления, а я повиновалась и уставилась на висящую на стене картину с ярко-голубым морем и галеоном. Рука у Марии Станиславовны оказалась легкой. Набрав ампулу, она нажала кнопку на столе. Спустя минуту, в кабинет прибежал молодой худощавый парень в халате, который резал глаза своей белизной. Никогда бы не подумала, что у темного хоть кто-то работает в такой ослепительной медицинской униформе. Ожидала сплошного черного.
«Лисенок, как ты?» — услышала я ментальный вопрос Феликса.
«Нормально. Имей чуточку терпения», — ответила я и захлопнула сознание, пока не ляпнула что-нибудь.
Взяв ампулу, парень беззвучно вышел, а Мария Станиславовна повела меня в соседнюю комнату, которая оказалась больше, чем ее кабинет раза в три. Тут стоял диагностический аппарат, похожий на космическую капсулу, и куча компьютеров. Я тяжело вздохнула и пошла ложиться в эту чудо-машину, от которой просто до неприличия фонило магией — прибор был заряжен под завязку. На медицинское оборудование Беркут явно не скупился. Эта модель для диагностики имелась только в самых дорогих клиниках города, куда мог себе позволить попасть далеко не каждый.
«Интересно, сколько Беркут отвалил за это чудо?»
Устроившись поудобнее внутри и наблюдая, как крышка аппарата закрывается, я не удержалась от любопытства и накинула сеть на окружающее пространство. Зря я это сделала. Глаза резануло от количества цветов. Это было похоже на переливающуюся волшебную пыль, состоящую из ярких звездочек всех цветов радуги, которая еще и летала по особенной траектории. От этого калейдоскопа с непривычки вполне могло стошнить. Я в очередной раз обреченно вздохнула и, пытаясь унять дурноту, закрыла глаза, не имея ни малейшего понятия, сколько предстояло пролежать в этой капсуле. Прохладный ветерок обдувал кожу, а приятный аромат обволакивал. Я узнала в составе распылителя жасмин, полынь и лаванду. Сознание начало погружаться в сон, словно в самую мягкую перину.
Когда крышка, наконец, отъехала, по закрытым векам ударил яркий свет, а нос уловил запахи розмарина и лимона. Я потихоньку открыла сонные глаза и наткнулась на очень задумчивое лицо врача. Это меня сразу насторожило, внутри закопошилось плохое предчувствие. Тело успело затечь из-за долгой неподвижности, поэтому вставать пришлось медленно. Пока мы возвращались в кабинет, Мария Станиславовна не проронила ни слова. Я села на мягкий стул напротив нее, ожидая вердикта. Не успела Лекарка открыть рот, как в дверь постучали. В кабинет снова вошел тот же паренек, но на этот раз с кучей бумажек в руках. Ведьма начала быстро просматривать отчеты по анализу крови и с каждой секундой хмурилась все больше. В дверном проеме появились Беркут и Феликс, один в нетерпении, второй на взводе.