— С ума сошел? — печально улыбнулась Ника. — Ты хоть представляешь себе…

— Не представляю. — перебил я ее. — Вообще не представляю. Ни в какой стороне ближайший, ни сколько до него идти. Так же я не представляю, дойдем ли мы вообще. Не представляю, чем будем питаться, когда выйдем из леса, в котором я худо-бедно могу нас прокормить. Не представляю, что будем делать, если наткнемся на даргов. Я даже больше скажу — я не представляю, что произойдет, если я вернусь обратно в академию и сдамся управлению. Но проверять я не хочу. Однако вас я с собой не тащу. Я даже тебя с собой не тащил. Вы сами пошли со мной. Если мой план вас не устраивает, то простите, другого у меня нет и вряд ли появится. Вернуться в академию вы легко сможете, да, впрочем, вы можете просто остаться на месте и со временем вас найдут.

— А ты уверен, что нас не найдут и без этого? — Ника усмехнулась. — Костер разве не выдаст наше местоположение?

— Не выдаст. — я покачал головой. — Я специально собрал костер из сухих веток, чтобы он прогорел максимально быстро, чтобы уменьшить возможность, что нас найдут. А на ночь я подложу в него наоборот сырых веток, которые будут долго набирать температуру и дольше превращаться в угли, которые будут нас греть.

— Разве мокрые ветки не дадут много дыма? — подала голос Амина.

— Дадут. — я повернул голову к ней. — Но зато не будет открытого пламени. Погода сейчас безветренная, поэтому дым будет уносить вверх, а не в стороны и его смогут почувствовать только те, кто и так окажется недалеко от нас. А солдаты до леса доберутся не скоро, им бы с академией разобраться.

— Да, там у них работы полно. — вздохнула Ника и отложила свой опустевший лист. — Спасибо, Серж. Правда, спасибо. И я не уйду, не надейся. Мы с тобой отбили Винозаводск от даргов, вытащили АГАТ, и прошли через еще кучу событий, из которых не должны были выйти живыми. Может, и в этот раз пронесет.

Я улыбнулся Нике и перевел взгляд на Амину.

Она не смотрела на меня и только угрюмо ковырялась пальцами в своем мясе, явно не решаясь ни поддержать Нику, ни сказать что-то против.

— Амина? — тихо позвал я.

— Я… — Амина шмыгнула носом. — Можно я завтра отвечу?

Да, сломалась девочка. Сначала солдаты, потом ополоумевший Широ, потом долгий кросс по пересеченной местности, невкусная еда, болящие ноги, холодные ночи… А впереди — еще неизвестно сколько дней, которые, скорее всего, пройдут точно так же. Будь я на ее месте, я бы тоже крепко задумался — не проще ли сдаться управлению?

— Конечно, можно. — ободряюще улыбнулся я. — Я тебя не торо…