— Хорошо. — Кир хлопнул ладонями по коленям. — Я готов.

— Нет, ты не пойдешь. — осадил его я.

— Это еще почему? — удивился Кровавый.

— Ты взрослый. Ты заметный. Очень высокая вероятность, что тебя узнают — не из-за личного знакомства, так по ориентировкам, которые уже вполне могли разослать по всем городам. То же самое касается вообще всех взрослых реадизайнеров, и части не самых взрослых, но очень приметных. — я внимательно посмотрел на Нику.

— Охренел⁈ — вспыхнула Ника. — Я тебе не отпущу одного!

— А я не говорил, что я пойду один. — я покачал головой. — Просто со мной пойдут самые неприметные из вас. Такие, которые не просто не покажутся случайному прохожему знакомыми, но даже и не заставит взгляд этого прохожего вообще задержаться, даже на мгновение. Уайт, ты пойдешь. В смысле, ты пойдешь?

За разговором я как-то совсем забыл, что у меня под началом вовсе не отряд обученных и послушных бойцов, а сборная солянка из подростков и взрослых, которые буквально вчера этими подростками были. Что я не могу им приказывать, а максимум — спрашивать, согласны ли они принять участие в моем плане. Сделать их отрядом мне еще предстоит.

Даже не так. Мне предстоит сделать так, чтобы они поняли, что отныне они — отряд. Сделать так, чтобы они научились полагаться друг на друга, и в первую очередь — на меня.

По крайней мере, пока не найдется более достойный кандидат на роль лидера.

— Идем. — кивнул Уайт без лишних вопросов. Я был уверен, что он так сделает.

— Зачем вообще куда-то идти? — всплеснула руками Владилена. — Почему мы не можем просто отсидеть здесь, пока все не кончится?

— Потому что ничего не кончится. — внезапно ответила ей Персефона. — Как раньше уже ничего не будет. Либо заговорщики истребят людей, либо люди — заговорщиков, а вместе с ними — и других реадизайнеров, просто чтобы наверняка. Ни в том, ни в другом случае для нас в новом мире места уже не будет. У нас сейчас только два варианта развития событий — либо сражаться, либо умереть.

— Но нас слишком мало, чтобы сражаться со всеми сразу. — кивнул я. — Чтобы выжить, необходимо заручиться поддержкой одной из сторон. И я этой стороной вижу людей. Мне надо объяснить, почему так?

Ответом мне было молчание — видимо, и так все понимали, почему проще найти общий язык с людьми, чем с заговорщиками. Как минимум, потому что все эти годы находить его как-то получалось.

— Кто-то здешний, из города есть? — спросил я, снова обведя собравшихся взглядом.

Никто не ответил.

— Ладно. Амина, тогда ты. Пойдешь с нами? — обратился я к младшей Ратко, чем заставил ее вздрогнуть и поднять взгляд: