Группа сама собой разделилась на партии по двое-трое, которые двинулись по промежуткам между рядами, вспрыгивая на подножку каждого грузовика и дергая дверь в поисках открытой, заглядывая сквозь окна в надежде найти ключи.

Со мной оказался Драйз, которому, конечно, прыгать на подножки было не с руки. Поэтому этми занимался я. Первая машина — дверь не открывается, ключей внутри нет. Вторая машина — аналогично, третья — аналогично, четвертая…

В четвертую я даже заглянуть не успел — только-только вспрыгнул на подножку и взялся за ручку, как дверь изнутри распахнулась, ударив меня и отшвырнув назад, на землю!

Бах! — я не успел сгруппироваться и приземлился на спину. Больно дернуло назад голову, в шее что-то хрустнуло, из легких вылетел весь воздух. Я попытался вдохнуть и вскочить обратно на ноги, но не вышло ни того, ни другого.

Все, что я мог — смотреть, как из кабины грузовика в меня трясущимися руками целится из автомата бледный, как сама смерть, солдат. Не знаю, что он там делал — может, спал втихаря, пока начальство не видит, может, прятался, когда понял, что все остальыне выведены из строя… Главное — сейчас он целился в меня. И его палец на спусковом крючке так плясал, что он мог выстрелить даже просто случайно.

И он выстрелил.

Вернее, попытался. Сжал зубы, как будто прыгал зимой в прорубь, сощурил глаза и решительно надавил на спуск.

Но выстрела не произошло. Автомат даже не щелкнул.

Солдатик удивленно посмотрел на оружие, оторвал левую руку от цевья, щелкнул предохранителем и прицелился в меня снова.

Но, прежде чем он выстрелил, сбоку в распахнутую дверь врезалась летящая гора!

Драйз, набравший разгон метров за пять отсюда, впечатался плечом в распахнутую дверь, закрывая ее обратно! Ствол увело в сторону, короткая очередь прогрохотала где-то в стороне от меня, а потом раздался хруст ломаемых дверью ног, которые солдат опрометчиво выставил на подножку!

Не дожидаясь, когда противник очухается, Драйз снова распахнул дверь, схватил первое, что подвернулось под руку — пояс солдата, и одним движением выдернул его наружу, швыряя на траву прямо рядом со мной! Навис над ним, схватил винтовку, в которую тот вцепился, как утопающий — в соломинку, выдернул ее из рук и отшвырнул прочь. А потом нанес один мощный удар сверху-вниз кулаком в голову, от которого многострадальный солдат окончательно вырубился.

Надеюсь, не навсегда.

Дождавшись, когда в голове перестанет кружиться, я перекатился к солдату и проверил пульс — в норме, жить будет.

— Что у вас тут⁈ — раздался с разных сторон один и тот же вопрос, и нас окружили все остальные.