Вот сегодня волчица, не думая совершенно, подкрепила силой его приказ волкам. И ведь так поступила бы и раньше. А что было бы, прикажи он ей заставить склонить голову Эмина?
Я не могла позволить. Как бы не любила его. Но не хотела давать ему в руки всевластие. Не хотела разочароваться в нём.
Можно сказать, что я должна была верить, что он не такой плохой. Вот только я его чувствовала. И знала, как он поступит скорее всего. А дальнейшая наша совместная жизнь это только подтвердила. Но теперь после всех этих печальных событий в его жизни была почти уверена, что он другой. И одновременно хотела, и боялась увидеть его новые ко мне чувства.
Поэтому его слова о наказании стали неожиданностью.
А когда волчица вытолкнула меня изнутри и предвкушающее притаилась, я ощутила себя в его руках. Сначала Атам крепко обнял, прижимая к своей груди, а потом вдруг сел, перевернул меня животом себе на колени и шлепнул легонько ладонью по ягодицам. Те загорелись.
Не сказала бы, что было больно, но обидно же! За что⁈
— А ты думала, я шутил сейчас? Столько времени водила меня за нос, — он шлёпнул снова. И ещё.
Волчица внутри ликовала. Нет. Она была довольна как слон, что Атам меня «наказывает».
— Это за то, как ты водила меня за нос.
— Ай!
— Это за то, что столько времени молчала!
— Атам!
— А это… — он вдруг поцеловал правое полупопие. — За то, сколько тебе пришлось вытерпеть из-за меня. Прости, Лис.
Поцеловал ещё раз. И тут же снова шлёпнул.
— Перестань! — закрутила я своей многострадальной пятой точкой, пытаясь выбраться, для чего пришлось упереться коленями в песок.
С волчицей он был осторожнее. А со мной, значит, можно⁈
Атам сжал одну ягодицу, а потом заскользил рукой по моей ноге поглаживая. Я дёрнулась опять.
— Ты чувствуешь Лис!
И я поняла, что правда впервые чувствовала ноги. Он тут же переключился.
— Попробуй встать… — приподнял меня осторожно, но мышцы не слушались.
Я никогда не ходила и пока не умела управлять ими. Хотя и правда чувствовала.
— Есть идея, — он подхватил меня и потащил к реке.
Там поставил меня на дно, когда вода была по грудь.
— Так проще?
— Только не отпускай, — вцепилась в его плечи.
— Никогда не отпущу, — крепко прижал меня к себе за талию, и я обняла его.
От новых ощущений даже забыла про то обидное, но почему-то всё равно приятное «наказание».
— Лис! Как же хорошо! — шептал почти бессвязно, будто пьяный. — Я тоже поставлю тебе метку, — промурчал, касаясь носом моей ключицы. — Вкусная такая… пахнешь крышесносно… Моя Лис…
— Тшшш, — чуть отодвинулась, не переставая за него держаться. — Ишь, разогнался.