меня. – Что, опять в жопу? – Как вышло, – ответил я и постарался улыбнуться. – Вечно ты на свою жопу приключения находишь. Меня тоже к командиру вызывают, чтобы понять, что это за тип такой и каких он искал американцев. У него на шее жетон был наш «А». – Вагнеровец? – Может. Украинцы же тоже с наших жетоны срезали и носили. Как трофей типа. «Горбунок» уехал первым, а меня повезли в Энергодар, где находился госпиталь по оказанию экстренной помощи. Мне сделали снимки, на которых было выявлено двадцать семь осколков разной величины. Из них два осколка сидели под лопаткой, а остальные в ягодицах и ногах. Кости были целы, а что с нервами было пока не ясно. Нога не работала. – Нужна операция по удалению крупных осколков и еще одно обследование по поводу нервной системы. – Ходить буду? – Несомненно. Сначала в Луганск тебя отправим, потом в Россию. Отвоевался… – Понял, – грустно пробормотал я. «Ну почему ты не послушал свою интуицию и не завалил этого упыря? Хотел отличиться? Захватить ценного пленного? А получил килограмм осколков в жопу! – как черные вороны, кружили в голове мысли. – Хотел же до конца дойти! Расписаться на Рейхстаге. А теперь госпиталь и домой…». Луганск Меня привезли в Светлодар и передали сотрудникам компании из РОН – роты охраны нефтепродуктов, – которые охраняли госпиталь. Прибежали пару Кашников с передвижными носилками на колесах и, погрузив меня на них, повезли на перевязку и осмотр ранений. В приемном отделении с меня срезали последнюю одежду, в том числе и трусы. Обильно засыпав раны стрептоцидом, заклеили дырки в спине, икрах и заднице и туго забинтовали. Обезболивающие препараты еще держали, и я даже немного засыпал. – Куда его? – услышал я сквозь дремоту. – В Луганск. В госпиталь. В Луганск я попал в тот же госпиталь, в котором был в прошлый раз. Тут мне сделали МРТ и рассмотрели все осколки, которые застряли в моем теле. Особенно крупные осколки остались в икрах ног. Меня предупредили, чтобы я ничего не ел до следующего утра и ночью повезли на операцию. Из-за холода и потери крови у меня пропали вены, и сестра долго мучилась, не в силах усыпить меня. Не сумев этого сделать, они собрали консилиум и решили поставить катетер в шею. Влили туда снотворное, и я отрубился… – О! Кажись очнулся. Привет, боец – сказал мне медбрат, когда я стал приходить в себя после операции. – Всё? – еле справившись с языком спросил я. – Да уж давно всё. Ногу тебе разрезали и почистили. Осколки поудаляли. Скоро плясать будешь как новенький. – А осколки где?