— ПОМНИШЬ?..
— Конечно помню, но это всё в прошлом, поверьте, господин Стрельников, я давно осознал…
— Анна хочет это сделать. Сейчас.
Бэкон молча сглотнул. А потом кивнул. Уголки старческих губ опустились, посерели, и он сразу стал похож на больную лошадь.
— Полагаю, это так, — выдавил сэр Фрэнсис.
— Если она это сделает, я её убью.
— Нисколько в этом не сомневаюсь, господин Стрельников.
— Но если я успею раньше, — он вскинул на меня взгляд. В нём была надежда. — Если я успею спасти девочку… Я просто передам Анну Совету. Потому что она и есть — Сказочник.
Надежда погасла: сэр Фрэнсис не хуже меня понимал, какое наказание ждёт его дочь.
— Я думаю, они в моём старом поместье, под Лондоном, — тем не менее сказал он. — Анна что-то там делала в последние месяцы. Сказала, что это сюрприз для меня — к дню рождения. И просила не беспокоить.
Я принялся лихорадочно прикидывать: для перехода нужна кровь. Лететь на самолёте бессмысленно, я просто не успею.
Значит, нужна кровь.
КЕМ я готов пожертвовать, чтобы спасти Машу?.. Ведь крови понадобиться много — литров пять…
Холодильник! Мысль сверкнула, как молния.
Обычно Антигона держит для меня запас в холодильнике, и так как я не появлялся в клубе несколько дней…
Я бросился в кухню, к громадному металлическому монстру, рванул ручку… Ничего. Пусто. Антигона не пополняла запас.
Не знаю, почему: может, уехала, по заданию Алекса, такое и раньше бывало.
Пусто.
Вернувшись в зал, я обречённо опустился на стул и положил руку на барную стойку. Пальцы наткнулись… Потянув за цепочку, я увидел синий проблеск, а потом…
Она сделала ключ из синего камня, — сказал Аспид.
— Это он?.. — я сунул кулак с кулоном под нос Бэкону. — С помощью ЭТОГО я попаду, куда надо?
— Да, — просто сказал тот. — И я знаю, как его настроить именно на вас.
— Не надо, — я полез в карман джинс и достал небольшой шелковый комочек: старую Машину ленточку. Косичек она уже не носила, но я сохранил её, из ностальгических побуждений. — Я справлюсь.
Глава 25
Посмотрев в зеркало, я вздохнула, а потом решительно вытащила из ноздри колечко.
Что бы там не говорила Аннушка, насчёт бунта против системы, не хочу походить на корову — которую водят за привязанную к кольцу верёвочку.
Надо найти собственный путь для самовыражения.
Синяки ещё не прошли.
Запястья выглядели так, словно мои руки долго держали связанными — и так оно и было — но я не собиралась расстраиваться по этому поводу. Просто надену любимую кофту Ави, ту, растянутую, с капюшоном.
— Тук-тук… — в комнату просунулась голова мамочки. — К тебе можно?