А дальше, в самом большом Зале Совета начался грандиозный свадебный пир, на который, по старой традиции пригласили всех присутствующих в городе аннунаков. Тем, кому не хватило места в Главном Зале, накрыли многочисленные столы в других покоях зиккурата. Во всех помещениях играла музыка и царила торжественная обстановка. Сегодня Боги были особо милостивы и не забыли никого. Даже смертных.

Окружившим со всех сторон Храм, простым людям и полубогам были вынесены разнообразные яства и ценные подарки. Даже шеду, и те получили праздничные угощения, чему остались очень довольны, хотя и с трудом понимали смысл всего происходящего вокруг. Закончился день праздничными фейерверками и факельными шествиями.

А затем пришло время «первой брачной ночи». Новобрачные совершили ритуальное омовение в больших каменных ваннах и взошли на огромное свадебное ложе, застеленной тончайшим шёлковым бельём и украшенным веточками священного растения нумун. Оно росло только на Нибиру и привозилось на Землю исключительно в магических целях. Вся спальня была щедро окурена благовониями и пропитана волшебным ароматом нумуна. При свете луны Иштар была необычайно прекрасна. Такую ночь Муратов запомнил на всю жизнь.

И хотя в его жизни это была уже вторая «первая брачная ночь». Первая случилась в его прежней жизни и ушла навсегда вместе с ней. Ну, а эта была, по-настоящему — божественной! Ничего подобного он никогда не испытывал, даже здесь, уже будучи Богом. Черт его знает в чём было дело? Может это чары нумуна подействовали, а может, и правда, сексуальная энергия массовых оргий как-то передалась им… Но ему было чертовски хорошо…и, похоже, Иштар — тоже.

Празднества длились ещё несколько дней. Все радовались и веселились. Пожалуй, лишь только один человек во всём городе был в эти дни несчастным и горько страдал. Это была красавица-правнучка Первосвященника. Все эти дни Эва была мрачнее тучи и не выходила из дома. Адапа, как мог пытался её утешить.

— Ну, не убивайся ты так понапрасну, моя дорогая, — ласково говорил он ей, — Ты же прекрасно понимаешь, что вы не ровня. Я вижу и понимаю, что ты любишь принца. Ну так, что с того…? Ну не может он на тебе жениться официально… Ты же и сама это прекрасно понимаешь. Да и любит ли он тебя?

— Полюбит, если узнает поближе.

— Вот именно — если! Где ты и где — он! И как же ему узнать тебя ближе? Оставь это…

— А ведь ты говорил, дедушка, что он вовсе никакой и не принц, а такой же человек, как и мы… что он только внешним обликом — аннунак.

— Что ты⁉ Что ты! — с ужасом вскричал старец, опасливо оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не слышит, — Не смей никогда больше произносить это вслух. Слышишь? Это — серьёзно! Иначе погубишь всех нас и наше общее дело.