Она, правда, была очень тяжёлой и неудобной и норовила то и дело свалиться с головы Божества. Так что, Алгару приходилось стоять ровно и смирно. Муратов всё время боялся сделать какое-то резкое движение, чтобы ненароком не потерять свой символ власти. Это было бы плохим знаком. Зато, со стороны, всё выглядело весьма впечатляюще. Великий Бог буквально застыл в своём торжественно-неподвижном величии, оставаясь равнодушным к всей окружавшей его суете.

Стоявшая рядом с ним прекрасная Иштар, с золотой тиарой на голове, блистала своей необыкновенной красотой, едва не затмевая собой всё остальное великолепие церемонии. Замыкали шествие колесницы с богато одетыми родственниками и приглашёнными гостями.

Глаза Ишта сверкали. Она была на вершине своего успеха.

— Посмотри, как славно начинается наше правление! — восторженно шепнула она своему жениху.

А город возбуждённо бурлил. Несмотря на начавшуюся жару, практически всё население, от мала до велика, высыпало на улицы и радостно приветствовало новобрачных, кидая им под ноги цветы и разноцветные ленты. Когда же шествие приближалось к ним, то люди падали ниц, не смея смотреть прямо на свадебный кортеж, а присутствующие простые аннунаки улыбались, низко кланялись и желали счастья молодым.

Шествие завершилось у ворот Главного Храма. Дальше, внутрь, прошли только новобрачные и самые близкие родственники. Исключение составил лишь Первосвященник Урука Адапа. Именно он, совместно с отцами, вступающих в родственные узы семейств, завершил основной свадебный обряд. Он заключался, прежде всего, в подписании «брачного договора» не только конкретно между женихом и невестой, но и, прежде всего — между двумя семействами. Так было принято. Всё банально… Никто не обменивался кольцами и не говорил слов торжественной клятвы у алтаря, да и самого алтаря тут не было. Муратов был даже немного разочарован такой обычной практичностью. По сути своей — это было больше похоже на деловое соглашение сторон. Такой себе — древний контракт между двумя божественными «фирмами».

Игорь Николаевич ещё вчера ознакомился с этим «документом», высеченным на золотых таблицах. И, надо сказать, был немало поражён. Шумерские Боги оказались теми ещё крючкотворами и бюрократами. Договор состоял из множества пунктов, учитывавших, похоже, всё на свете…. В нём оговаривалась любая мелочь во взаимоотношениях супругов, разобраться в которых было не просто. «Фу ты, блин! Тут впору, хоть адвоката себе нанимай…», — подумал он тогда.

И скрепить договор нужно было нерушимой божественной «подписью», таким себе особым символом каждого божества, участвующего в договоре, запечатлённым в золоте. Нарушить эту подпись означало — навлечь на себя большое бесчестие и проклятие всего божественного сообщества. Когда Нанна-Син, Эрра, сам Алгар и его невеста Иштар поставили под договором свои личные символы, формальная часть бракосочетания была закончена. Первосвященник Адапа торжественно объявил брачующихся официальными супругами сначала в тесном кругу Великих Богов внутри Храма, а затем и во всеуслышание — с высокого парапета зиккурата. Ответом на эту новость был новый взрыв всеобщего ликования.