Перед глазами всё поплыло…

— Сейчас мы с тобой поговорим, сволочь… — раздался надо мной голос Власа, и вновь принявший человеческий облик «ублюдок» схватил меня за горло своими обезьяньими руками.

Безо всякого труда он поднял меня на ноги, и мы оказались лицом к лицу.

Старый знакомый выглядел ужасно — чёрные, вздувшиеся вены на лице, залитые кровью глаза, вытянувшаяся вперёд челюсть с заострёнными зубами, частично выпавшие волосы и посеревшая кожа…

И гнилостный запах смерти, которым он на меня дышал.

— Зубы… Почисти… Сначала… — только и смог выдавить я.

Оскалившись, Влас провёл длинным, почти змеиным языком по упомянутым клыкам, а затем с удовольствием ударил меня кулаком в живот, заставив согнуться — но тут же снова поднял.

— Всё шутишь, недомерок? — прошипел он, — Ну шути, шути… Дам тебе возможность потрепать языком перед смертью!

— А я думал, Маркус хочет пообщаться…

Меня перебил мощный удар в лицо. Нос предательски хрустнул и по губам потекла кровь. А Влас ударил ещё раз, и ещё…

Бородач остервенело впечатывал в меня свой кулачище — в живот, в почки, в лицо.

Он хотел сделать мне как можно большее — и у него получалось…

— Ты меня всегда бесил, Шейн… С того момента, как пришёл к нам! Высокомерный! Заносчивый! Чванливый! Считал себя лучше всех остальных! Козырял своими успехами! Подставил меня с теми ледяными артефактами, выставил идиотом перед всеми парнями! Но я перерос это, тварь! И КТО ТЕПЕРЬ НА КОНЕ, А⁈

— Да уж явно… Не ты… Урод… — прохрипел я, еле ворочая языком, — Перерос, ха! Ты же просто… Шестёрка… Маркуса…

— В жопу его! — оскалился Влас, — Старик засиделся на своём месте! Он проявил слабость, не разрешив грохнуть тебя сразу! После того, как ты столько раз вставал у нас на пути! Снова! — удар! — И снова!

— Теперь я буду править «ублюдками», — перестав колошматить меня и встряхнув, словно запачкавшееся пальто, прорычал Влас, — Нет! Всем городом! Мне дали такие силы, о которых никто и мечтать не может! Ты видел, сучонок… Ты видел, на что я способен!

Во взгляде «ублюдка» плясали искры безумия, перерастающие в настоящий пожар…

— Кто тебе… Их дал?.. Какой… придурок? — сплюнул я кровь, лихорадочно размышляя, как же вывернуться из стальной хватки урода и выбраться из этой заварушки живым.

По всему выходило, что шансов у меня нет…

— Тебе уже это не узнать, слабак!

Вокруг руки, которой Влас держал меня за горло, начала формироваться тьма, и я понял, что мне конец.

Терять было нечего — возможно, именно поэтому затуманенный болью мозг сам принял решение. Руки нашарили на поясе электрическую бомбу, и сами сорвали активирующий запор…