— Софья Санна, какими судьбами? — распахнул свои объятия Уткин, не вставая с кресла. — Ребят, если можно, на десять минут оставьте нас. Сходите на перекур.

Троица послушно покинула помещение, на прощание подарив Софье презрительные взгляды. Но та их проигнорировала. Для девушки не секретом было отношение бывших коллег после ее ухода. Еще бы. ее считали предателем.

— Смотрю ты здесь хорошо устроился, Федя, — ответила Софья. — Могу присесть?

— Конечно! — воскликнул Уткин, показывая на стул напротив. — Ты, я так понял, от Астафьева?

— Верно. Пришла обсудить твоё письмо, Гриша, — ответила Софья. — Что же ты пугаешь, законом трясёшь, когда Астафьева уже оправдали?

— Работа такая, Софья, — хохотнул Уткин. — Ну и как там, у Астафьева, лучше, чем в отделе?

— Просто замечательно, — Софья довольно улыбнулась.

— А будет ещё лучше, — хмыкнул Уткин в ответ. — Скоро у вас война с Троекуровыми. Не соскучишься!

— Мне не привыкать. Так что тебе нужно?

— Преступник нужен, Лис который, — сказал Уткин и картинно принялся оглядываться. — Но я как-то не вижу его в этом кабинете.

— Иван Сергеевич не отдаст его, — серьёзно посмотрела она на этого шантажиста. — Теперь он тоже работает на род Астафьевых.

— Значит сядет твой босс, — развёл руками Уткин. — Причём быстро и надолго, да ты и без меня это знаешь. Учитывая, что за ним дурная слава, рудник, побег, убийства…

— Оставь свои приёмчики для новичков, — процедила Софья раздраженно. — Я тебя как облупленного знаю. Поработали вместе прилично.

— Знаешь, что о тебе говорят в отделе? — спросил её Федя насмешливо.

— Знаю не переживай. Да мне плевать, если честно, — не отводя уверенного взгляда от неприятного ей собеседника ответила Софья.

— Ты предатель. Заложила весь отдел, — усмехнулся Уткин внимательно изучая реакцию женщины, но на её лице не дрогнула ни одна мышца. — Но я знаю тебя. Честный, справедливый следователь Клещева… Ладно, это всё лирика.

Уткин положил на стол глушилку — артефакт размером со спичечный коробок, который закрывал место их разговора куполом тишины. Теперь никто не мог их подслушать, как бы ни пытался. Затем он подошёл к двери и закрыл её на замок.

— Я к чему всё это… — продолжил следователь, возвращаясь за стол. — У нас с тобой гораздо больше общего, чем ты думаешь.

Софья внутренне скривилась. Зачем этот спектакль? Да они полные противоположности! Продажный, наглый, хитрый и трусоватый следак считает себя похожим на нее? Смешно.

— В общем, я готов замять этот щекотливый момент. Но только ради тебя, — закончил Уткин. — И за определенную сумму.