— Значит, нужны? — усмехнулся бывший военный, бросив первый же взгляд на Алекса.
— Да, нужны, — сосредоточенно кивнул тот. Ну еще бы, кроме бумаг привезти Сталину действующие образцы — да что может быть лучше? — Причем все, что вы сможете достать. Но… есть одна трудность. Дело в том, что он не хочет связываться с официальным оформлением. Сами понимаете, покупка боевого оружия — такое дело… Мало ли к чему его потом попытаются притянуть? Он — фигура заметная, и врагов у него хватает… То есть нужны такие образцы, которые я смогу добросить на машине до Швейцарии. Оттуда уже их заберут на самолете.
— Вот как… — Геннадий Михайлович задумался, — значит, объем должен быть не слишком большой. И боеприпасы ему тоже не нужны.
— Нет, — мотнул головой Алекс, но тут же поспешно добавил: — Если только немного. В качестве образца.
— Понятно, понятно… — задумчиво протянул бывший военный. Впрочем… Алекс задумался — а военный ли? И «дети» ли его сюда привезли и содержат? Ой, что-то не верится… У парня засосало под ложечкой. Неужто он в очередной раз во что-то вляпался?
Глава 17
Глава 17
— Ваше кофе, господин Хубер…
— Спасибо, Рихард, — благодарно улыбнулся Алекс. Молодой мужчина, принесший ему чашку кофе, улыбнулся в ответ. Улыбка у его молодого секретаря была хорошая — широкая и какая-то солнечная…
* * *
Несмотря на все его опасения, как подготовка, так и сам переход через портал у Алекса едва ли не в первый раз прошли, как говорится, без сучка и задоринки.
С «натурными образцами» все разрешилось хорошо. Оружие оказалось албанским. А вернее, польским и китайским… Ну то есть склады, с которых и поступило это самое оружие, были албанскими. Албания в настоящий момент затеяла частичное перевооружение, переходя на оружие под натовский патрон и отправляя на свои склады длительного хранения образцы шестидесятых-восьмидесятых годов, для чего требовалось срочно освободить их от более старых образцов. А у Геннадия Михайловича в приятелях оказался один серб, дети которого мутили нелегальный оружейный бизнес. По крайней мере, так он рассказывал… Впрочем, серб действительно был. Высокий, сухощавый старик с совершенно седой головой.
— Вук, — коротко представился он и крепко стиснул Алексу руку… Оружие он привез на вполне себе обычном грузовичке, сложив ящики с ним в кузове и завалив их сверху аккуратными брикетами с соломой.
— Крбин пльский, — пояснил он, по-сербски теряя гласные, когда достал из первого ящика какую-то винтовку. — Срк двятого года. Хроший! Нмера стрты. И на остльном оржии тж…
Алекс согласно кивнул, не слишком понимая, чем хорошо, что карабин именно польский. И вообще, зачем ему польский карабин? Вроде как Геннадий Михайлович говорил о советском… Но стоящий рядом бывший военный успокаивающе кивнул и пояснил: