Впереди я заметил знакомый силуэт — грациозная походка, сочные бедра, каблуки и глубокий вырез на юбке почти до попки. Льдинская. Видимо, собралась гулять с подружками по магазинам.
— Дамы, — поклонился я, проходя мимо пяти девушек, — Снежана.
Та наморщила носик и отмахнулась.
— Иди уже, Семенов. Времени на тебя нет.
— У меня на тебя тоже, — и помахал, уже удаляясь от них.
— Дурак!
— Твоя красота только что померкла на пару пунктов! — и выхожу за ворота.
— Ты… Ты… Да чтоб тебя, Семенов! — послышалось вслед.
Как же просто зацепить эту аристократочку. Хех, ничего, я еще исследую ее холмы, низины и другие достопримечательности.
Всунул в ухо наушник и воспользовался приложением подбора музыки под настроение. Дорогущая штука, лучше меня самого подбирающее плейлист.
Заиграла виолончель с примесью металла. О, то что нужно.
Я гулял, глазел по сторонам, рассматривал людей и витрины магазинов. Из каждого «утюга» орала реклама товаров от сверхов:
«Спортивное питание от гуру физического развития — Скалы! Это нужно твоим мышцам прямо сейчас!»
«Беги со скоростью молнии с новыми кроссовками-чпокерами от Шторма!»
О! А эта для девчонок:
«Твоя личная жизнь станет горячее с новым интимным гелем от Оленьки»
Я всегда не любил орущую рекламу, но теперь особенно сильно. Из каждого телевизора и радио доносятся голоса сверхов. Такое ощущение, что они давно перестали быть Героями, а стали только продающей мордой для брендов. И ведь теперь каждый ученик-сверх пытается хорошо себя проявить, чтобы схватить контракт на рекламу пожирнее. Кажется, что они целыми днями теперь снимаются в разных роликах, вместо того, чтобы помогать обычным людям. И от этого воротит.
Свернул во дворы, где потише и меньше людей. Услышал умоляющий мужской крик.
— Помогите, пожалуйста кто-нибудь! Кха! Кха… — мужчина закашлялся, затем просьба повторилась — Пожалуйста, помогите, ради Бога!
Я заинтересовался и пошел на звук. Голос звучал достаточно убедительно, это явно не местные алкаши отношения выясняют. Что-то и правда случилось.
Повернул за угол и увидел большое зеленое дерево с огромной короной листвы. Под деревом туда-сюда ходил старик, одетый в грязное рванье. Какое-то древнее пальто, старая грязная вязанная шапка, сапоги. И это в плюс двадцать. Дед смотрел на дерево, поглядывал на прохожих, и просил помощи, но никто не торопился помочь ближнему.
— Помогите, прошу! Там…- начал старик снова, увидев молодого парня, который проходил рядом.
Мужчина не успел договорить, он увидел как юноша отрицательно помотал головой и рукой заодно. Не сбавляя темп ходьбы, прошел дальше.