Самых разных — в том числе и финансовых. А это составляло главную цель! Денег! Больше денег!
Но, были и другие новости…
Телефонный разговор.
— Сэр Джордж?
— Да, а кто… Ох, простите, сэр Роберт, не узнал вас сразу!
Хозяин кабинета сделал отстраняющий жест рукой — и вышколенный секретарь рыбкой выскользнул за дверь. Он понимал — не у всех разговоров могут быть свидетели. Даже и в том случае, если ты слышишь всего одну сторону.
А уж прозвучавшее имя… от таких людей лучше держаться подальше! Дольше проживёшь…
— Сэр Джордж, вы, если не ошибаюсь, сейчас занимаетесь планированием операции «Нексус»?
— Да, но…
— Ваше руководство санкционировало мне и моим сотрудникам допуск по высшей форме — ко всем деталям планирования и проведения указанной операции. Не поймите это как признак недоверия к вам лично! Напротив, мы можем существенно вам помочь.
— Сэр Роберт, я весьма ценю ваши усилия, но план операции в целом уже детально разработан и…
На том конце линии явственно вздохнули.
— Узнаю нашу молодёжь… В наше время мы не были столь торопливыми. Может быть, именно по этой причине, нам так многое тогда удавалось?
«Да, потому, старый пень, что в то время и ресурсы у вас имелись почти неограниченные, да и сама страна была куда как более сильной и авторитетной!» — промелькнула в голове у хозяина кабинета шальная мысль.
Вслух, однако же, он высказался куда как нейтральнее.
— Несомненно, сэр Роберт, я с большим вниманием выслушаю все ваши соображения по указанному поводу. И…
— Для начала, мой друг, распорядитесь о приостановке всех действий по реализации указанного проекта! Не навсегда, разумеется, всего лишь небольшая временная отсрочка…
«Вот это номер! А знаешь ли ты, старый черт, сколько сил и средству ж е на это затрачено?»
— Но это может привести…
— К тому, что она пройдёт более эффективно и с гораздо большим результатом нежели вы планируете… Я завтра нанесу вам визит, тогда всё и обсудим…
В трубке прозвучали гудки отбоя.
Начальник отдела МИ-6 положил трубку и задумался.
Нет, тот факт, что этот деятель что-то смог пронюхать о планирующейся операции, в целом, понятен. В службе и по сей день ещё работали сотрудники, которые относились к нему с большим уважением. И ничего с этим не поделаешь!
Любой из них, в приватной беседе, мог поведать старому чёрту ещё и не такие подробности — сей деятель отличался крайней злопамятностью, что, учитывая его основательный весн а в е р х у , могло существенно ускорить карьеру собеседнику. Или, напротив, не менее основательно, её притормозить. Или сделать вообще проблематичной.