Возмущенно фыркнув, я потянулся и схватил бутылку виски, поднёс стакан к губам и приподнял тяжелую бутылку. Янтарная жидкость зашипела и обожгла мне горло, разогревая грудь.
Мне не следовало пить. На этой неделе нам предстояло сталкиваться с иллюзиями каждый день, а не только один раз. Это был их способ подготовиться к финальной иллюзии, которую разведданные будут передавать в сознание каждого присутствующего шайтана. Это означало еще меньше уединения, чем обычно. Многим из нас, включая меня, нужно было сохранять концентрацию. Те из нас, у кого была кровь первых двадцати элит, всю жизнь тренировались для такой тактики, но это оказалось гораздо сложнее, чем ожидалось.
Виски согревал тело и затуманивал разум, я откинулся на спинку стула, думая об иллюзии, которая была раньше.
Сначала появился Отец, а затем — подробности о замке Альтаир. Это была ужасающая картина крови и расчленёнки, когда он, потеряв звёзды, устроил дебош, убивая слуг направо и налево, прежде чем наконец наброситься на меня.
— Это всё твоя вина! — закричал он, схватив меня за воротник и подняв на руки. Мать стояла рядом, тихо рыдая. Вероятно, её больше расстраивала потеря ковров, чем моя потенциальная смерть. — Если бы не ты, я бы смог сосредоточиться лучше. Ты — причина того, что всё рушится!
В этом не было ничего нового. Все основные семьи, как правило, были такими. Это было проклятие власти и династии. Но в тот день в его тоне было что-то особенное. Более глубокая, более сильная ненависть ко мне. Такая трещина, которую невозможно залечить. В тот день я понял, что угодить ему невозможно. Умиротворить — возможно.
Чего не ожидал, так это того, что этот момент проникнет в мои иллюзии. Что узнала обо мне разведка, увидев это? Что им сказал мой разум? Держусь ли я за это каким-то образом?
У меня не было ни синяков, ни шрамов, ничего, что могло бы физически связать меня с этим событием, но, видимо, что-то все еще оставалось внутри.
Иллюзия стала бесконечно хуже, когда время, казалось, пронеслось мимо, жизнь Прии и меня пронеслись по привычным течениям. Затем, когда наш сын подрос и смог понимать происходящее, я начал бить его. Продолжая цикл, как и предсказывала Прия. Но на этом всё не закончилось. В конце концов, мне была дарована сущность звезд, и меня назвали Генералом. Править было легко, но я был так же самодоволен и горд жизнью, как и мой отец, поэтому меня наказали точно так же. Лишили звёзд, высмеяли другие, и в конце концов умер неудачником.
— Какая трата иллюзии, — усмехнулся я, поднося стеклянную бутылку к губам и делая ещё один большой глоток. Скоро всё это закончится. Тактическая фаза пройдёт гораздо быстрее, чем две предыдущие. После этого я стану настоящей элитой и буду усердно работать, чтобы произвести впечатление на звёзды.