Когда её пальцы отпустили ожерелье, застёжка из теней скользнула вверх и остановилась между ключицами, а звезда опустилась ниже и нашла своё новое место примерно в трёх дюймах под ними.
— Это слишком, мама, — пробормотала я, осторожно касаясь звезды.
— Для моих девочек ничего не слишком, — пожурил папа и протянул мне последнюю коробку. Одинокая слеза проложила дорожку скорби по его коричневой щеке и осела в морщинках улыбки, которые пугали меня сильнее всего. Даже борода не могла их скрыть.
Мои пальцы почти бездумно коснулись коробки. Она оказалась тяжелее, чем я ожидала, а крышка была вся в отверстиях. Что, во имя Даджахима, это такое?
Ответ я получила ещё до того, как успела заглянуть внутрь, потому что маленький зверёк подскочил и сбил крышку.
— Вы подарили мне котёнка? — удивлённо спросила я. Котёнок был маленький, с шерстью чернее ночи и яростными жёлтыми глазами.
— Ну, ты всегда хотела котёнка, а её оставили в коробке рядом с лавкой, — голос папы прозвучал вместе с его рукой, которая потянулась к моей и мягко её сжала.
— Она идеальна.
Моя улыбка была настоящей, когда я взяла котёнка, а коробка упала вниз. Крошечное создание тут же укусило меня за палец, и я вскрикнула. А потом с злой улыбкой подняла кошку и сказала:
— Думаю, назову тебя Смерть, маленькое злобное создание.
Глава 4
Азазель
«Интересно, думает ли отец когда-нибудь о другом способе угодить звёздам. Он хоть раз спрашивал их? Или убийство, правда, наш единственный путь?»
— Из дневника Азазеля Альтаира, 9219 г. ПЗ
Отец снова закатывал истерику. Орал из-за моей неспособности скрыть маскировкой всё наше поместье, хотя у меня не было помощи теневой магии. Ударил меня по лицу, когда я посмел выпрямиться. Разбил тонкий фарфор, в котором был наш чай. Смахнул рукой деревья.
Мы провели здесь уже несколько часов. Солнце поднялось и уступило место яркому, холодному дню. Чем ближе становился теневой ритуал, тем неуравновешеннее он делался. Он, как и все, знал, что это будет единственным шансом Альтаиров на искупление. Я стану спасительной милостью или неизбежной гибелью.
Так было с тех пор, как звёзды сочли его больше недостойным. Я был запасным вариантом. Я был держателем нашей судьбы, но не носителем нашего будущего. Если мы падём, это будет моя вина. Если преуспеем, то его заслуга.
— Ещё раз! — закричал он. Я выпустил магию наружу, приказывая ей скрыть поместье. Представил замок, траву, дорожки, деревья, сады, обсерваторию, даже статуи змей. Каждый чёрный и серебряный акцент, каждую деталь. Я приказал магии спрятать всё это. Слушаться.