Потеряв рассудок, я каким-то образом незаметно добралась до песчаного пляжа, мои глаза моргнули от внезапного осознания того, что стою перед бескрайней водной гладью, сияющими лунами и сверкающими звездами — наблюдая, как всегда.
Когда наконец сосредоточилась, увидела фигуру, наполовину погруженную в соленое море, в плаще с капюшоном, скрывающем ее от посторонних глаз. Каждый порыв воды от накатывающей волны заставлял ее тело раскачиваться, иногда почти переворачиваясь. Плечи были сгорблены, голова опущена, и я могла поклясться, что она, казалось, была более чем готова позволить волнам унести ее в открытое море.
Может быть, это ещё один стажер, надеющийся положить конец страданиям? С тех пор, как погиб первый, мы потеряли еще троих.
Как часто делала, позволила сердцу вести меня, а не разуму.
Мои ботинки тяжело ступали по песку, я размышляла, поможет ли мое присутствие или навредит. Иногда задавалась вопросом, не приведет ли мое выживание к тому, что другие тоже погрузятся в пучину отчаяния. Почему я, одна из эади, продолжала идти? Как меня могли считать достойной и я могла выжить, когда они так отчаянно цеплялись за жизнь? Это было предположение, но по их презрительным взглядам и одиночеству сделать его было несложно. Знала, что они обо мне думают.
И все же шла вперед, не желая отговаривать себя от помощи. Этот момент был не обо мне. Он был о них и о тех демонах, с которыми они боролись. Если я могла помочь, то должна была это сделать.
— Ты в порядке? — спросила, заметив, как человек мгновенно поднял голову. Но он ничего не сказал и не повернулся, поэтому продолжила. — Тебе нужна помощь?
Подошла ближе, теперь всего в нескольких футах от него, пока порыв ветра, пахнущий солью и весной, не толкнул меня. Я замерла, песок взметнулся вверх, заставляя меня прикрыть глаза рукой, кожаная одежда не смогла защитить от внезапного холода. Когда ветер стих, я убрала руку и тут же увидела светлые волосы, тень которых казалась чистым светом под сиянием звёзд и луны.
Альтаир.
Что ж, это было досадно. Все эти мысли и стресс были напрасны.
Повернувшись, я медленно направилась к травянистой площадке, чтобы отряхнуться, не желая заносить в дом кучу песка и довести маму до сердечного приступа.
Эта змея была не моей проблемой. Пусть утопится. По крайней мере, тогда у меня будет на одного человека меньше, с которым нужно иметь дело. На одного убийцу меньше, с которым нужно бороться. Мне не стоило пытаться никого спасать. Все стажёры, кроме Тэлона и основных родов, в лучшем случае не хотели находиться слишком близко ко мне из-за страха быть заражёнными. Основные рода хотели находиться рядом со мной только потому, что надеялись меня убить. Так что, по сути, меня окружали ненавистные трусы. Какая разница, умрут они или нет?