Тор же с самого пробуждения как будто не замечал волнение и чувства двух своих дам и просто был слишком доволен происходящим. Прошлая ночь открыла ему глаза и он понял, что может не делать выбор и позволить себе взять всё. Между ним с Сиф уже давно было что-то большее чем отношения обычных соратников, но делать какие либо шаги в сторону пары он боялся. Как бы это не было смешно, но завоевать сердца десятка красавиц других рас ему было в несколько раз легче, чем просто попытаться пригласить ту, кто был рядом с ним почти с самого детства.
Тор позорно избегал любой ситуации, где их чувства могли раскрыться, чем ранил девушку, но будучи одной из редких асгардских воительниц, она не пала духом и продолжала своё наступление, которое как стало видно теперь наконец добилось своей цели.
С Джейн же у Одинсона почти мгновенно образовалось взаимное влечение, которое за казалось бы смешное время которого не хватит и на один достойный Пир, переросло во что-то удивительное и никогда прежде не встречаемое богом грома.
Теперь же когда обе дамы его сердца, как считал Одинсон согласились делить его, он чувствовал себя чуть ли не лучше, чем в тот день, когда его назначили наследником Трона.
После того как группа скитальцев вернулась домой их встретила всё ещё продолжающаяся попойка, в которой участвовали сотни асов. Казалось, что никто даже и не заметил отсутствие тех, из-за кого и проводилось данное мероприятие.
У дворца их уже встречала Стража, Пирс попросил перенести Джони Блейза в свои покои, пока сам был вызван Всеотцом, который в приказном порядке потребовал завершения всех ритуалов и наконец полного вхождения в семью блудного внука. Его не особо волновало, где пропадала вся орава выпивох и к счастью Тор был слишком занят мечтаниями о своём мини гареме, чтобы сообщить отцу «радостную» новость о кончине Суртура и полностью убедить правителя Асгарда в своих суицидальных наклонностях, которые он явно как-то через поколения передал Пирсу.
После того как Раин дал согласие, они вновь отправились к залу с плитой, где их уже ждала Царица.
-Дотронься до плиты и узнай своё имя сын Асгарда! — Возвышенно произнёс Один, голос которого отразился от стенок комнаты и создал какую-то мистическую атмосферу.
Подойдя к плите Раин увидел, как часть рун ещё недавно бывшее ему непонятным бредом, медленно начинают преобразование и вскоре из них сложилось имя нового члена королевской семьи и уже третьего бога среди Асов.
-Ты видишь своё имя? — Спросила Царица.
-Да. — Ответил Раин, завороженный мощью плиты и чувством своей медленно образующейся связи с Асгардом.