Что касается самого Крыма, то горная или юго-восточная его часть принадлежит напрямую Османской империи. Именно там расположены основные города полуострова — Балаклава, Ялта, Судак и Кафа, также пострадавшие от наших набегов и блокады. Единственный нормальный порт, принадлежащий хану — это Гезлёв, будущая русская Евпатория. Но этот городок тоже был атакован и изрядно разрушен моими войсками. По идее, Саадет Герай остался без экономики. Кроме пастбищ, несопоставимых по размерам с Диким полем, на его земле ничего не осталось. Местное земледелие очень слабое из-за отсутствия воды. Промышленности здесь сроду не было. Конечно, есть солеварни, которые пришли в запустение после начала масштабной войны. Торговли тоже нет, а её остатки сосредоточились в городах, принадлежащих султану. В общем, хан собственноручно запер себя в ловушку.

Поэтому мы спокойно плыли вдоль западного побережья, сопровождаемые конными отрядами татар, наблюдавших за нами с берега. Иногда от эскадры шарахались лодки рыбаков, на которых никто не обращал внимания. Мелкие деревушки мне пока без надобности.

Зато картографы и Морозини с интересом изучали побережье, составляя подробную карту. Я решил совместить поход с научной экспедицией, хотя работы в данном направлении начались давно. Но сейчас османский флот нам не угрожает и можно спокойно обогнуть полуостров, тщательно обследовав нужные места.

Отправка эскадры началась с весьма приятных событий. Россия установила полный контроль над Днепровским лиманом! Кинбурн пал буквально за несколько часов. Очаков выдержал двухдневную бомбардировку и был взять после первого штурма. Вернее, наши артиллеристы старались не повредить город, а просто пробили в стенах три дыры, куда устремились штурмовые отряды. Им помогал морской десант, высадившийся в гавани с догорающими остатками магометанских кораблей.

Так как комендант крепости изначально отказался от сдачи, то его предложение о капитуляции после обстрелов, было отвергнуты. Османы защищались отчаянно, но погибли в полном составе, как и большая часть мужчин города, якобы гражданских. Баб с детьми я отдал ногайцам. Их и осталось-то всего три сотни, остальные предусмотрительно сбежали. В Кинбурне произошло то же самое. Только там располагался гораздо меньший гарнизон, а гражданские и жители прибрежных деревушек смылись загодя.

Кто-то может подумать, мол, моей армии слишком легко всё даётся. Пришлось немного подумать, собрав весь доступный материал. Ситуация простая. Нынешние крепости Северного Причерноморья не имеют никакого отношения к фортификациям, которые брали русские войска в XVIII веке.