Пока родственники куражились, я мысленно возвратился к недавним событиям.

Второй день заседания Думы начался с моей речи. Возможно, боярские группировки уже чего-то решили, но мне всё равно. Пусть делают что хотят. Но ревизию по итогам года никто не отменял. Только об этом я говорить не буду. Сегодня придётся немного подыграть вельможам. Сидящий рядом Иоаким наверняка весь внимание, несмотря на благостную рожу. Небось, переживает, как бы Голицын не начал копать глубже.

— Вчера Василий Васильевич озвучил проведённое расследование. Дума выбрала двух достойных людей, которые помогали князю, — киваю на двух Петров — Прозоровского и Шереметьева. — Они не сообщали, что во время розыска произошло какое-либо нарушение или несправедливость.

В зале привычная тишина, обманчивая, кстати. Бояре напряжены и не знают, что ожидать от меня нового. Перед началом заседания мы встретились с Одоевским, который пожаловался, что его буквально атаковал десяток вельмож, предлагая свою помощь в определении суммы выплат стрельцам. Ясно, что все хотят присосаться к бюджету. Ведь некоторые бояре работали в спайке с полковниками, и сейчас их делишки могут вылезти наружу. Ну и откаты никто не отменял.

Никита Иванович весьма жёстко отмёл все предложения и сослался на мой приказ. Мол, царь лично будет разбираться с долгами. Не нравится? Иди договаривайся напрямую с монархом. Пока желающих не нашлось. Может, потому и нервничают.

Вторая утренняя беседа состоялась с Голицыным. Я объявил, что пойду на уступки, но с одним условием — имущество виновных передадут в казну. И это не обсуждается. Нам попросту нечем платить стрельцам, а вторая отсрочка может стать причиной более жестокого бунта. Если бояре этого не понимают, то я проявлю принципиальность в других вопросах. Теоретически можно обратиться к стрельцам, обвинить бояр в давлении на царя и устроить натуральный геноцид. Понятно, что князю я всё объяснил иносказательно, но судя по бледному виду, он испугался. Пусть проявляет свои таланты и договаривается. Не просто так он возглавляет Посольский приказ, то есть местный МИД. Иначе мне придётся отвергнуть все решения Думы.

Поэтому я спокоен, как удав. Главное — отыграть время. Год, два или три, не знаю. Но заговорщики и убийцы должны быть наказаны, включая тех, кто покрывал преступников. Это вопрос моего выживания и направления политики страны в более здоровое русло. Моя жизнь особой ценности не имеет, и время нужно для небольших изменений в текущей ситуации. Необходимо попробовать разрешить церковный конфликт и подготовить Петра. Всё-таки он являлся немалой величиной в русской истории. Даже с учётом глупостей и ошибок посредственному человеку таких результатов не добиться.