С такими нелёгкими мыслями я готовился к заседанию Думы. От которого тоже не ждал ничего хорошего.

* * *

Снова Престольная палата, порядком надоевшая, как и лица бояр. Но моего неудовольствия никто не дождётся, включая Иоакима, занявшего своё место. Дать бы ему хорошего пинка, чтобы летел из дворца куда подальше. Эх, мечты.

— Приняла ли Дума решение? — громко спрашиваю бояр.

Надо показать окружающим, что царь выздоравливает и вольница закончилась. Вельможи и так изрядно распустились. Вон даже патриарх смеет отменять царские приказы.

— Да, государь! — торжественно прозвучало в ответ.

Слово взял старейший из бояр — Фёдор Фёдорович Куракин. Человек он заслуженный и был приближённым ещё Михаила Романова. Затем служил Алексею Михайловичу и даже одно время являлся наставником Феди в государственных вопросах. Если охарактеризовать его личность, то князь — обычный чиновник без особых талантов, но служака и не предатель. К различным кликам Куракин равнодушен, поэтому его кандидатура как голоса Думы вполне оправданна.

Есть надежда на независимую группу, как я называю часть бояр, сторонящихся интриг. С ними поработал Голицын. Мне важно, чтобы хоть часть вельмож проявила принципиальность, разрядив ситуацию в пользу государства. Посмотрим, чего они здесь нарешали.

— Слушаю тебя, князь, — произношу в ответ.

— Вот грамота с подписями, как ты любишь, государь, — без всякой иронии говорит Куракин и передаёт документ дьяку. — Решение далось нам нелегко.

Принимаю листы из рук метнувшегося к секретарю Апраксина и быстро читаю текст. Главное — не показать никаких эмоций! Это я занимаюсь самовнушением, потому что бояре сделали всё, чтобы выгородить высокородных преступников. Нарышкин уходит в монастырь, Милославского ждёт ссылка, как и Хованского с Прозоровским. Естественно, ребята решили отсидеться в своих поместьях и никакая Сибирь или Пустозёрск им не грозят. Алексей и Александр Милославские, по мнению вельмож, заслуживают отправки на границу в чине сотников, не меньше. Братья Толстые вообще невиновны, как Лев Нарышкин и пяток персонажей помельче. И никого не волнует, что именно они баламутили людей, направив их в Кремль. А там были убиты или покалечены весьма авторитетные чиновники.

Оказывается, во всём виноваты стрелецкие полковники и сотники. Здесь бояре решили не церемониться и признали виновными даже Грибоедова с Озеровым, которых надо было наказать ещё месяц назад. Но в грамоте почти ничего нет о конфискации. Будто факты воровства не доказаны и деньги просто испарились. Ясное дело, что они должны перекочевать в чью-то мошну. А вот всякую мелочь мне разрешили потрясти, типа держи, дурачок, объедки.