Разворачиваю документы и начинаю продираться сквозь местное словоблудие. В голове крутились какие-то мысли насчёт двух десятков пунктов[1], перечисляющих весьма строгие наказания для раскольников. Может, их было меньше? Но мысли быстро переключились на документ, который вызвал у меня оторопь.

Я точно попал в прошлое своего мира? Или это какая-то параллельная вселенная? Уж больно попахивает инквизиций. А с такими законами легко сводить старые счёты. Мол, любого еретика на костёр или в ссылку — просто по подозрению. Такое страна уже проходила при одном усатом грузине, который, конечно, не виноват. Время было такое и прочее бла-бла-бла, как любят верещать его убогие сторонники. Однако столько безвинных людей положили и нанесли стране такой урон, что вспоминать страшно. И ведь здесь может случиться похожая беда.

Настучал на соседа, которому денег должен, жена его приглянулась или просто не нравится он тебе, и понеслось. Того в ссылку или на костёр, а ты ещё и поживиться чем-то можешь. Не сказать что я адепт либерального отношения к преступникам. Как раз наоборот. В прошлой жизни меня бесили излишне мягкие приговоры по тяжёлым статьям. Только здесь откровенный перебор. Тем более речь не об уголовно наказуемых деяниях.

Снова смотрю на собеседника и понимаю, что сильно в нём ошибался. Глупо считать человека, взобравшегося на столь высокий пост обычным фанатиком. Скажем так, он использует своё нынешнее положение для решения проблем, стоящих перед его единомышленниками, и искренне верит в свою правоту. Всегда надо помнить, что Иоакима возвысил опальный Никон, а значит, на это были причины. И крылись они в искренней поддержке реформ бывшего патриарха. Помимо всего прочего, иерарх расчищает поле, дабы отступники не мешали спокойно рулить церковью. И государственный интерес его мало волнует. Этакая смесь прагматизма и фанатизма.

Ещё Иоаким привык лезть в мирские дела, где опирается на поддержку части бояр. Плохо, что у меня нет нормальной разведки — да и власти тоже. Сейчас бы взять за жабры основных действующих лиц. Не удивлюсь, если поп замаран в заговоре наравне с Милославским. С чего такой вывод? Наверное, интуиция, которой я привык доверять. Понятно одно — мне с этим изувером и интриганом не по пути. Только как противостоять совокупной мощи бояр и церковных иерархов? Ведь отравят, если будешь ерепениться. И никакой Коломенский полк не поможет.

Сдаваться тоже нельзя. Да и не привык я гнуться под обстоятельства.

— Прениям быть, ведь слово уже произнесено. Или ты считаешь, что я могу просто так его забрать? Вы лучше подготовьтесь к диспуту. Если же раскольники попытаются превратить его в балаган, то спокойно отправим их в тюрьму, — поднимаю руку, пресекая пытавшегося возразить Иоакима. — Касаемо статей, то их надо доработать. В таком виде — это сплошной убыток и разорение казне. Если церковь готова покрыть расходы от наказания тысяч торговых людей и ремесленников, то подумаю. Или найдите иные способы, чтобы держава не пострадала. На что мне войско содержать и с кого подати собирать, коли людишки разбегутся? А тех, кто не успеет, ты на костёр тащить собрался.