— Если в какой-то момент я доставлю проблемы, то можете сразу меня выгнать.

— Это даже не обсуждается. Но если хочешь, чтобы я принял тебя, как воплощение, то сначала ты должна убедить меня в своей надёжности. Решение стать воплощением ты приняла самостоятельно, или кто-то тебя надоумил?

— Самостоятельно.

Диларе пришлось соврать уже дважды. Первый раз по сохранению тайны, второй раз по принятию решения, и всё из-за Цугивары… Хоть в итоге риск слуги оправдался, проблем его действие создало немало. Да и вопросов к самому слуге оставалось очень много, однако «победителей не судят».

— А как дела обстоят с пробуждением способностей?

Девушка улыбнулась, дело дошло до её козырей. В воздухе появился круг, из которого через несколько секунд вышло трое человек.

— Активированная способность кругов… Впечатляет. Значит, ты не самое безобидное воплощение… Отправь своих людей обратно.

Дилара кивнула.

— Мои условия таковы: в школе никаких применений способности звезды — если кто-то узнает про способности, то нам сразу же придётся с тобой попрощаться; также я требую полный отчёт по любому твоему передвижению вне Ицара. Да, и ещё надо будет заплатить за твою дополнительную охрану, точную сумму пока не скажу, но это порядка миллиона Хё за полугодие.

Девушка улыбнулась со всей своей умилительностью.

— Большое спасибо, директор! Я вас не подведу!

* * *

Довольно неожиданно началась неделя сдачи экзаменов. Возможно, это даже стало бы волнительным моментом, но из Ицара к этому времени я решил уйти окончательно. После разговора с Киарой мне всё время стало казаться, что кто-то за мной следит. Некоторых я вычислял легко, вроде странного парня Касумуро, как-то раз напавшего на меня, а некоторые скрывались сразу, как только я чувствовал неладное.

На фоне этой слежки и постоянного использования сенсорских способностей у меня развилась новая жила Крауна. Правда, пробудить новый аспект до экзаменов я не рискнул, звезда Азай так и не вошла в активную фазу, а пробуждать на не восстановленном таланте мне не особо хотелось. По поводу моих аспектов меня даже вызвал к себе Рихтер, видимо, вспомнивший мои слова в самый первый школьный день.

— Здравствуйте, учитель, — сказал я и чуть наклонил голову.

— Доброе утро, Майто, — Рихтер протирал наручные часы, и моё появление никак не отвлекло его от этого занятия. — Ну давай, рассказывай, что натворил.

Про Рихтера и его методы я уже был наслышан. Он любил застать учеников врасплох, будто бы ему что-то известно, но в действительности он блефовал. Хотя вопрос всё же заставил меня напрячься.