Сидящий на ступенях атаман даже не успел поднять маузер с колен, как злая пуля вышибла ему мозги.

Чуть запоздало донёсся звук выстрела со стороны дороги. С фасада чердака посыпалась кирпичная крошка.

Матвей колдовским взором увидел, что у стрелка на чердаке снесло бронебойной пулей полчерепа, и потому перестал прикрываться трупом, позволив стреляющей нежити упасть.

С других сторон леса донеслась череда винтовочных выстрелов, затем всё стихло.

Вратарь не обладал чародейским зрением и прилежно поочерёдно выпустил ещё две пули: одну левее чердачного окна, другую в тёмный зев проёма.

Матвей окинул взглядом картину побоища.

— Ах да, совсем забыл любезно предложить вам добровольно сложить оружие, — обратившись к поверженным врагам, поздно спохватился Кадет и, тяжело вздохнув, махнул ладонью. — Ну, будем считать, что вы промолчали.

Не считая суеты Вратаря, бойня заняла всего лишь несколько секунд. Праздника на душе победителей не было, но чувство исполненного долга присутствовало. Матвей подошёл к автомобилю и, для проформы спросив об уже известных ему успешных результатах стрельбы в лесу, созвал по рации все боевые группы во двор усадьбы. Тела ликвидированных дозорных Кадет приказал принести с собой. Вратаря подозвал жестами, и бедолаге пришлось в одиночку тащить на плечах тяжеленное ружьё, да ещё увесистый подсумок с патронами на бедре.

Трупы бандитов, предварительно разоружив, уложили рядком во дворе усадьбы. При этом стаскивать с чердака полуобезглавленное тело стрелка Матвей отрядил группу Шаха, чтобы ребята тоже почувствовали запах крови. А вот бойцам других троек удалось вбить в свои жертвы по несколько пуль и по железной стреле — все отметились.

В результате операции отряду досталось десять наганов, десять кавалерийских карабинов и один маузер — изделие начала века, но в хорошем состоянии. Запас патронов оказался невелик, но Матвей рассчитывал обменять часть лишних карабинов на боеприпасы. Себе он решил к уже имеющемуся нагану оставить маузер, а винтовку сдать на армейский склад. Все бойцы поголовно вооружались трофейными револьверами. Гранатомётчики избавлялись от тяжёлых «мосинок», а командиры отделений и Вратарь заменяли их облегчёнными кавалерийскими карабинами.

В общем-то Матвей мог бы быть доволен результатами войсковой операции, если бы его не терзали смутные сомнения, что главарь банды привёл не всех разбойников. Тот явно откуда-то узнал численность отряда краснопёрых и уравновесил свою сторону. Также было очевидно, что у старика где-то в тайге имелся арсенал с оружием и боеприпасами, а горячий вождь краснопёрых даже не озаботился захватом языка.