В один из дней он спросил меня, чем может оплатить мне мое лечение. Я ответил, что мне ничего не нужно от него.

— Я имею возможность помочь и поэтому помогаю. Само исцеление больного уже приносит мне радость. — сказал я ему.

— Так нельзя Артем-бай. — сказал он. — любой труд должен быть оплачен. Пусть не деньгами, чем-то другим, но это закон жизни.

— Приобщение к вашему опыту и мудрости уже достойная оплата, — возразил я ему. — Может быть позже, у меня появятся какие-то вопросы или проблемы, и вы дозволите обратиться к вам за помощью. А пока у меня все есть.

Старик засмеялся.

— В будущем? Артем-бай, будущее есть у тебя, а я уже стою оной ногой в могиле, о каком будущем ты говоришь? Хорошо хоть уйду без боли.

— Не говорите так, Усто-Керим. Если вы будете следовать моим рекомендациям, я гарантирую вам еще минимум десять лет жизни.

Мой собеседник надолго задумался. После подняв на меня глаза произнес.

— Мой дом всегда открыт для тебя Артем-табиб. — он впервые за все время назвал меня целителем. — Если у тебя возникнут какие-то вопросы, или проблемы и ты обратишься ко мне, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе. И неважно год ли я проживу или обещанные тобою десять лет.

Обратная дорога заняла немного больше времени, но с другой стороны сейчас нам уже не было нужды торопиться. Поэтому спустя три с половиной часа мы были уже дома. Рашид Эргашевич и в этот раз сопровождавший меня, зашел к нам в дом и можно сказать сдал меня в руки моей мамы. Пока я приводил себя в порядок с дороги, они о чем-то беседовали за чашкой чая. Я не старался подслушать их разговор, прекрасно понимая, что ничего плохого обо мне не скажут. Чуть позже присоединившись к ним услышал очередные хвалебные слова в свой адрес, и вскоре мой сопровождающий откланялся.

Судя по лицу мамы, она была более, чем довольна. Видимо услышанное ею оправдало все ее ожидания. Правда на мой вопрос о том, сколько Рашид Эргашевич оставил денег, она очень смутилась. Хоть я и отказывался от оплаты своих услуг, но судя по намекам и недомолвкам, услышанным мною еще в Джизаке, вручить оплату за мои труды было решено моим родителям, причем в тайне от меня. В принципе я нисколько в этом не сомневался, потому и задал маме этот вопрос. Оказалось, что мое лечение было оценено в астрономическую по сегодняшним временам сумму в десять тысяч рублей. Хотя мама и всячески отказывалась от такого гонорара, он был почти насильно вручен ей. А теперь она прикидывала на что можно потратить такие деньги. Ведь это фактически стоимость нашего автомобиля. Причем, как оказалось именно автомобиль и был предложен ей в качестве оплаты. Но она отказалась от него мотивируя тем, что в нашей семье уже есть автомобиль и второго нам, как бы не нужно, к тому же все равно ездить на нем пока некому. Отец работает дальнобойщиком, а у меня нет прав в силу моего возраста. Поэтому Рашид Эргашевич и вручил ей деньги.