— Присаживайся. — его рука хлопает по стоящей рядом шконке. — Рассказывай. Чьих будешь?

Присев на предложение место отвечаю.

— Звать Тёма. Жил в Спутнике. Шестнадцать лет. — произнеся это выжидательно смотрю на него, не зная, что еще его интересует.

— За, что попал? Погоняло есть?

— Шьют 156.2 и 221. Но надеюсь быстро разберутся. Клички нет, но иногда называют «Табиб».

— Все надеются, но не всем везет. А что за статьи такие? Ни разу не слышал.

— Получение незаконного вознаграждения в особо крупных размерах и незаконное врачевание.

— Них… себе⁈ Аборт, что ли сделал кому⁈

— За аборт другая статья. Старика одного вылечил. Видимо кому-то не понравилось.

— А ты что лекарь? — продолжает задавать вопросы смотрящий в камере.

— Вроде того.

— Ладно, разберемся. Меня Саньком кличут. Прописываться будешь?

— А оно тебе надо? — спрашиваю у него. — Тем более, что про все эти приколы я уже слышал. И про шнурки, и про вилку в глаз и про мать, да и канатики тоже.

— Ладно. Вижу ты пацан нормальный. Курить то хоть есть у тебя?

— Не курю. А вот кофейку я бы попил.

— Кофейку и я б попил, чифирку канечна лучше, да где ж взять его.

— А кипяточек сделаешь?

— Правда, что ль?

— А тож.

— Левик, а нук сваргань-ка кипяточку.

Один из пацанов тут же подрывается из-за стола, берет кружку, наливает в нее воды, заползает под шконку в самый угол и через мгновение по камере разносится запах дыма. Заглянув вниз вижу крохотный костерок, из наломанных от стола и лавок щепочек. И пацана, держащего над ним кружку с водой. Еще пара минут и из-под шконки появляется парящая кружка с кипятком.

Где-кофеек-то? — спрашивает Санек.

Поднимаюсь подхожу к своей коечке и сунув руку под подушку, достаю через созданный микропортал банку кофе. Следом появляется начатая полукилограммовая пачка сахара рафинада и подумав достаю пятидесятиграммовую пачку чая со слоном, и с полкило сушек. Все это по очереди передаю пацанам, сидящим за столом, у которых от увиденного сразу же загораются глаза.

— Ну ты Тёма конкретный пацан! — вскакивает старший, подсаживаясь к столу. — Живем братва!

Достав свою кружку навожу себе несколько глотков крепкого кофе и подхватив сушку устраиваюсь за столом…

… Начало июня, жара. Все поразъехались на отдых. Кто-то в пионерские лагеря, кто-то еще куда-то. Даже вечером, на обычные посиделки, собирается от силы пара человек. На озеро и то не с кем сходить. Скукота. Приходится идти одному. Окунувшись пару раз и с пол часика полежав на солнце, решаю, что одному здесь скучно и одевшись возвращаюсь домой. Иду по краю дороги. Над тротуаром конечно тень, но здесь хоть какой-то сквознячок, хотя солнце жарит немилосердно. Слышу шум автомобиля позади себя, и сдвигаюсь еще ближе к обочине, чтобы не мешать проезду. Через минуту визг тормозов возле меня, из уазика выскакивают пара милиционеров, заламывают мне руки, и я слышу вопрос: