Глава 1. Двойной провал Бублика
Кобра угрожающе шипела, наставив на Ваську пухлый палец с острым ярко-красным ногтем:
– Я всё видела! Это сделала её собака! Примите же наконец меры, капитан Колобков! Вдруг этот пёс бешеный!
– Сами вы…! – взвилась Васька.
Воодушевлённый её смелостью Бублик поднял поджатый хвост и неуверенно рыкнул.
Испугавшись, что мои друзья совсем испортят ситуацию, я поспешил вмешаться:
– Бублик не бешеный. Ему прививку делали. У нас есть справка от ветеринара.
Бублик робко гавкнул, подтверждая мои слова, и, испугавшись своей смелости, шарахнулся в бурьян, который, словно тропические джунгли, почти полностью поглотил огораживающий участок Кобры ядовито-жёлтый забор – самый яркий арт-объект в нашем в посёлке.
Кобра скривила накрашенные розовой помадой толстые губы. У неё вообще всё было толстым, особенно ноги, обтянутые лоснящимися, как обсосанный леденец, лосинами с рисунком под змеиную кожу. За эти дурацкие штаны мы с Васькой и прозвали Наталью Петровну «Коброй», хотя, если честно, даже обожравшийся гигантский питон на фоне ног нашей соседки выглядел стройняшкой.
– Если вы, товарищ участковый, ничего не предпримете в отношении этих малолетних хулиганов и их гадкой собаки, я подам жалобу вашему начальнику! – заявила Кобра, надвигаясь на нас и капитана Колобкова, словно айсберг на беспомощную перед его громадой флотилию рыболовных баркасов.
Я отшатнулся, Бублик попятился, насколько позволяла длина поводка, Васька сделала шаг вперёд, а капитан Колобков, большой и весь какой-то прямоугольный, будто собранный из гигантского Лего, не двинулся с места и громко чихнул.
– Вам начихать на страдания хрупкой беззащитной женщины! – завизжала Кобра.
Конечно, Колобкову было совсем не начихать на обещанную Коброй кляузу, просто духи у Натальи Петровны были такие ядрёные, что от их запаха не только свербело в носу у полицейских, но и комары на подлёте дохли.
– Кх-кх, – прочистил горло участковый и сурово воззрился на нас с Васькой. – За собакой, стало быть, не следите? Без поводка в общественном месте отпускаете, а она антисанитарию разводит!
Капитан Колобков кивнул на разодранный мусорный пакет и раскиданные вдоль улицы картофельные очистки, яичную скорлупу и жёваную упаковку из-под сметаны «Дедушкин хутор».
– Это не Бублик! – уверено и воинственно объявила Васька. – Мало ли тут у нас в Лукоморье собак!
В нашем посёлке со сказочным названием «Лукоморье» и впрямь собак было немерено. Считай, в каждом доме, а в некоторых – и не одна. Однако Васькина попытка переложить вину за порванный пакет на другого потенциального четвероногого преступника провалилась. Признание было написано у Бублика на виноватой морде огромными неоновыми буквами.