Черницын осторожно положил блокнот на столик рядом с собой и тут же накрыл его ладонью, как будто не хотел выпускать записи Елизаветы Фёдоровны из рук даже на минуту.
— Вы отдадите мне эти материалы, Александр Васильевич? — спросил он.
— Отдам непременно, — кивнул я. — Для этого я их и приготовил. Но у меня есть одно важное условие. Вы не станете ничего редактировать и добавлять. Напечатаете так, как есть.
— Разумеется, Александр Васильевич, — радостно закивал репортёр. — С вашего позволения я сейчас же отправлюсь в редакцию и займусь подготовкой первой статьи. Она выйдет завтра в утреннем номере. Это будет бомба, сенсация!
Кажется, Черницын был в таком восторге, что начисто забыл, с чем он пришёл ко мне.
— А что делать с этим? — спросил я, указывая взглядом на его статью. — Пожалуй, это я оставлю у себя.
— Оставляйте, — сказал Черницын, пренебрежительно махнув рукой. — Вы были правы, моя статья никуда не годится. Она мне больше не нужна.
Он взял блокнот Елизаветы Фёдоровны двумя руками, словно сокровище, и тут же спрятал его во внутренний карман пиджака.
— Благодарю вас, Александр Васильевич. Теперь я убеждён, что из нашей затеи выйдет нечто грандиозное.
Репортёр встал с кресла, церемонно поклонился и направился к двери. В дверном проеме он остановился и обернулся.
— Александр Васильевич, если у вас появятся ещё какие-нибудь материалы подобного рода, пожалуйста, не забывайте обо мне. Я буду очень признателен за любую помощь.
— Обязательно, — заверил я его. — До свидания, господин Черницын.
Когда за репортером закрылась дверь, я довольно откинулся на спинку кресла. План сработал идеально. Теперь Черницын будет занят публикацией записей Елизаветы Фёдоровны и надолго забудет о том, чтобы следить за мной. А читатели получат действительно интересные истории о магии вместо очередной бульварной сенсации.
Глава 14
Спровадив Черницына, я поднялся наверх. Игнат уже закончил дрессировать свой чудовищный чемодан и теперь помогал Прасковье Ивановне чистить картошку.
— Готовите обед? — с улыбкой поинтересовался я.
— Нет, ваше сиятельство, — смущённо ответила Прасковья Ивановна. — Вы же помните, что у меня в квартире жильцы проживают? Люди они занятые, самим готовить некогда, да и я запрещаю без моего присмотра кухней пользоваться. Наведут там беспорядок. Вот и готовлю для них обед. И им удобно, и мне лишняя копеечка.
— Мудрое решение, — одобрил я.
— Вы уж простите, что я вашей кухней пользуюсь, — добавила Прасковья Ивановна.
— Ничего, — улыбнулся я. — Кухня для того и существует, чтобы ею пользоваться. Кстати, сегодня к ужину у нас будет приятный гость. Приготовьте что-нибудь вкусненькое.