Закончив праздновать победу, отряд Никиты занялся кое-чем гораздо более утомительным, но не менее приятным. Они принялись проверять тела убитых в поисках добычи — и пусть те и были всего лишь нежитью, но порой на костях, из которых они были собраны, попадались простенькие артефакты. Кира-Вер нашла осколок шаманского посоха, Ульф потребовал себе все некромантские клинки, которых тут валялось тысячи и тысячи, орки пошли потрошить тела демонических псов, вернее то, что от них осталось после того, как по ним прокатились легионы нежити… А Никита грустил.

— Жалко, для светлых тут ничего нет, — поделился он со своим дневником. Парень каким-то новым чувством осознавал, что тот хочет ему что-то сказать, но сомневается. И попробовал таким вот образом вывести древнюю книгу на разговор.

«Идиот, — тут же отбросил все свои сомнения дневник. — Вот ничего ты без меня не можешь! Смотри — бой закончился, но энергии вокруг еще много. Обычно ее забирают себе сильные вожди, уже взявшие этап мастера среднего уровня, вот только среди вас таких нет. Энергию могли бы поглотить демоны, но опять же — не вижу тут никого подобного! В слабых мирах они отслеживают подобные схватки и почти сразу приходят собрать самое сладкое, но не в Эдеме! Здесь им никто не позволит развернуть нормальную сеть слежения… И тогда остается еще одна сила, которая могла бы все это поглотить и переработать».

Дневник замолчал, ожидая реакции Никиты.

«Я могу видеть истинные имена как те же демоны, — осторожно начал тот. — Ты хочешь сказать, что я смогу и энергию собрать, как они? Это тоже сила Света?»

«Не совсем, — осторожно ответил дневник, — но это сейчас и не важно. В целом, ты угадал — Свет может поглощать энергию, подобную той, что сейчас вокруг нас. Это риск, это может его изменить, но для нас еще больший риск оставаться слабыми! Так что слушай меня — сейчас ты откроешься… Призовешь крылья и через них, будто через приемники, начнешь собирать силу Смерти, Жизни, Победы — все, что есть вокруг! Собирай ее и концентрируй в одной из своих двадцати сот под способности — попробуем открыть тебе новый прием!»

Дневник снова замолчал — было видно, что он на самом деле не уверен в правильности этого решения. Никита тоже сомневался, особенно после слов о том, что подобное поглощение может изменить его Свет, а потом неожиданно понял, что выбора у него и нет. Страх, сомнения — они ведь тоже меняют его. А если нет разницы, то не лучше ли измениться и стать сильнее, чем просто загнать себя в тупик?

— Кит… — до парня долетел голос Ульфа. — Я тут подумал: если сделать из демонических костей котел, то я мог бы переплавить в нем мечи нежити и получить чистую серую сталь. Да, обычным людям ее использовать не получится, но того же Парсонса мы закуем в нее с ног до головы.