Тот ритм, что был во мне и за мной уже не требовал особого внимания. Он складывался из звуков, из мельтешения света, из спокойной прохлады темных мест. Он просто был, как рука или нога. А вот Дор забыл о своем Даре. Что он почувствовал, когда понял, что те, с кем вместе он дрался против вторжения, внезапно забыли о произошедшем?

— Эй, Дано! Ты неплох, но не думай о себе слишком много.

Перед тем, как показывать ему его же любимые приемы я все-таки пару раз его побью! Так, чтобы было что вспоминать, когда захочется подумать о чем-то хорошем.

— Я и не думаю. Присаживайся.

Похлопав по скамейке рядом я подвинул пальцем коробочку с вкуснятиной от тети Эми. Рыжий тут же достал оттуда бутерброд и засунул его в рот целиком.

Его попросили присматривать за мной. А он не помнит даже привычных боевых связок. Пожалуй, это я должен присматривать за ним, так?

— Рыжий, как тебе удалось вчера подпалить лапки той стае?

Дор замер, потом с усилием прожевав проглотил кусок, помолчал, косясь на меня.

— Я просто подумал, что сейчас надо сделать что-то особенное. Потому что если я этого не сделаю, то ребята погибнут. И сделал… я не знаю, как.

— Повторить можешь?

Молча протянув руку он подержал ее ладонью вниз. Край плитки под его рукой потемнел и задымился, мелкие соринки вспыхивали и мгновенно сгорали.

— Занятно. — Я вылил остатки чая на зашипевший камень.

— Ага. — Он взял еще один бутерброд, аккуратно откусил. — Ты, значит, помнишь?

— Помню. Ты не против, если я схожу с тобой? Из всех нас о том, что случилось помним только ты и я. Остальные забыли и помнят что-то другое. Мне это подозрительно.

— Думаешь, в случае чего от тебя будет серьезная помощь?

Сказано было без насмешки, а вполне серьезно. И ответил я точно так же:

— Не думаю, что нам там грозит что-то. Навел справки, о «защитниках» тут знают, а на карте в участке Стражи дом значится как принадлежащий магистрату. Я просто хочу знать.

Он помолчал, потом просто сказал:

— После школы пойдем сразу туда, чтобы не откладывать. Идет?

— Идет!

Ну вот, и не надо строить каких-то сложных теорий. Мы просто пойдем туда вместе! Что там вообще может быть страшного? Нагоняй за то, что не стараюсь «раскрыть грани Дара»? Ну так я в этом не виноват. Пусть лучше Дору память вернут, а то смотреть больно, как он теперь на мечах бьется, вчера только на силе и скорости выжил.

Следующие два урока я спокойно слушал преподавателей, отвечал на редкие вопросы и читал учебники, ничем не отличавшиеся от привычных. После того, как я увидел проявление чужого Дара мне почему-то хотелось слушать ритм теней, всматриваться в их пляску на стенах. Просто смотреть, не пытаясь сделать ничего такого. Наконец, дождавшись свистка, мы с Дором поднялись, переглянулись, уложили учебники в шкафчик. А потом побежали.