Не успел.

До того будто спавший Какодат вдруг раскрыл глаза, оскалился и дыхнул мне в лицо какой-то едкой дрянью…

«Дыхание Древнего Мира» — прочитал я надпись на повисшем около столбика с Жизненной Силой значке дебаффа, а затем мое здоровье с неимоверной скоростью поскользило вниз.

Бам!

Лицо опалило ледяным ветром, блеснула зеленоватая вспышка, рядом раздался невнятный мат Илэя и столбик со здоровьем обнулился.

Я умер.

— Урыт столетним старпером… Так и напишем на могильной плите, — улыбаясь, сказал Эрни, возле которого я очухался. Когда умирает носитель Локального Артефакта Возрождения, он воскрешается близ одного из членов своего Кулака.

— Сплюнь… — пробормотал я, со стоном садясь на полу.

Твою мать… Что ж так все болит-то?

Болит?

Я с удивлением обнаружил, что столбик здоровья заполнен едва ли наполовину. Че за хрень?

— Магия нашего нового знакомца имеет удивительные свойства, — сказал Илэй, вплывая в мое поле зрения.

Я посмотрел на него и…

О боги!

Тут же начал рефлекторно баффаться!

— Тише, не кипишуй, Том, — улыбнулся эльф. — Если бы я желал тебе зла, то давно бы уже его причинил.

Эрни непонимающе посмотрел на меня, потом на Илэя.

— Эрни, оставь нас, пожалуйста, — сказал он.

— А х*й те не дать потрогать?

Эльф поморщился. И я с некоторой дрожью повторил его просьбу:

— Эрни, будь другом… проверь посты…

Мой товарищ еще раз смерил нас тяжелым взглядом и свалил, оставив нас наедине.

Я тяжело поднялся, оказалось, мы находились в небольшой комнатке на третьем этаже замка-особняка, а за окном занимался рассвет.

Взглянул на Илэя, который больше не был моим подопечным.

— То, что на тебе больше нет моих чар, тоже свойства сраной магии старика?

— Нет. На мне давно их нет. Магия ублюдка лишь сбила с меня маскировку.

Твою ж мать! И все это время со мной рядом находился неконтролируемый психопат? Я как никто другой знал, на что способен этот красавчик с обходительными манерами! Это чудо, что мне удалось совладать с ним в прошлый раз!

По-моему, Илэй откровенно получал удовольствие от этих моих мыслей, что, как я ни старался, все равно проявлялись на лице.

— Тогда почему ты еще со мной?

— Это… сложный вопрос. Мне действительно трудно на него ответить.

— И все же?

— Гм… Как минимум, рядом с тобой… меня не заносит.

О как.

— На самом деле, часть твои чар все еще во мне и это… служит неким стабилизирующим фактором. Но есть и еще кое-что… Думаю, ты первый за много-много лет, кого я могу, пожалуй что… назвать своим другом.

Черт подери! Только таких друзей мне не хватало!

Впрочем, если поскрести память… с Илэем я действительно чувствовал себя наиболее свободно. В отличие от Эрни, который со временем от «Подчинений» все более грубел и… ну, если не тупел, то становился крайне односторонним, с Илэем можно было поговорить о чем угодно. Мы, что называется, «были на одной волне». А уж его столетний опыт мага взывал у меня стабильную черную зависть.