Рассеянный свет, с трудом пробивающийся сквозь тяжелые свинцовые тучи, мазал все в серые цвета. Было физически больно смотреть на небо, будто свет имел какой-то нестандартный для людских глаз болезненный спектр.

Геомант…

Куда же я попал?

Я поежился и тут же замер. Рядом кто-то был. Острое чувство чужого взгляда мазнуло по разуму, заставляя достать из Инвентаря меч…

Черт подери! Если бы он только у меня был! Но Инвентаря на привычном месте не было!

И тут же, повинуясь спинно-мозговым рефлексам, я нырнул в сторону, волосками на руках чувствуя, как рядом проносится чье-то тело. Мертвенную тишину вспорол тонкий крик. Перекувыркнувшись через голову и больно ударившись локтем об отколотый кусок штукатурки, я вскочил и не придумал ничего лучше, как схватить этот самый кусок. Сука, еще недавно я имел при себе целую коллекцию мечей и магических жезлов!

И сделал это я весьма вовремя. Что-то темное и вонючее вновь меня атаковало. Я сделал шаг в сторону и, практически не глядя, со всей дури опустил на ублюдка зажатый в руке камень. Нападавший взвизгнул, а во мне вдруг разжегся настоящий костер ярости, подобный тому, что когда-то накрыл разум в бою с Мерзалом! Кровавая пелена застила мозг, на некоторое время просто выключив инстинкт самосохранения. Я сам ринулся в атаку!

Короткий разбег из двух шагов и я врезался во вновь развернувшегося ко мне противника. Мы кубарем покатились по засыпанной отвалившейся от здания штукатуркой мостовой. Уткнувшись в мерзко пахнущую шкуру и ничего не видя, я принялся молотить по нему рассыпающимся в руке камнем. Гад оказался довольно силен, но я был сильнее! Противник попытался наложить свои лапы на мою шею, чтоб задушить, но я цапнул его за одну из конечностей, не переставая в это время в слепую наносить удары куда-то выше по туловищу.

Еще несколько ударов и он понял, что из охотника превратился в жертву. Внезапно захватившая меня кровожадность удесятерила силы, а он же, поддавшись паники, наоборот их лишился.

Бам-бам-бам…

И ублюдок обмяк.

Твою же мать…

Тяжело дыша, я встал на четвереньки, все еще содрогаясь от кипящей в крови ярости. Адреналин бил по вискам, а грудь сперло, словно от какого-то дебаффа. Но мало-помалу я пришел в себя.

И только тут смог рассмотреть, что же за хрен так негостеприимно встретил меня в этом сраном мире.

Как это ни удивительно, но это был человек… или, вероятно, он был когда-то человеком. Высокий, но худой, выглядевший так, словно недавно перенес какую-то тяжелую болезнь. Поросшая густым волосом кожа была очень бледна. Сквозь нее отлично были видны разбегающиеся по телу вены. К толстой туше были словно бы приделаны довольно тонкие ноги и руки, а вот понять, как выглядело лицо было трудно — я размолотил его до полной неузнаваемости. Из мешанины мяса и костей нелепо торчала куцая бороденка. Ублюдок был совершенно лыс и вообще выглядел не опасно, а скорее… жалко…