– Сейчас что-нибудь поищу…

Я просмотрел все витрины. Порылся в тумбе под прилавком, куда обычно скидывал невостребованные модели. Даже прошерстил отцовские заначки в мастерской. Кролик примерил в свою лапку около сорока самых разных часов, но все они были велики…

– Кажется, что это все, что я могу вам предложить, – я с грустью посмотрел на разложенные по столу часы, – видимо, я вас подвел, извините…

Кролик уже занес заднюю лапу, чтобы начать снова бить ей по прилавку, как вдруг мой взгляд зацепился за погнутый столб игрушечных вокзальных часов. Они были идеального размера и притом рабочие! Все, чего им не хватало, – это цепочки. Найти цепочку в моем запасе – три секунды, а отрезать часы от столба – минут пять.

– …хотя, если вы подождете десять минут, я все сделаю!

Я схватил крошечную железнодорожную станцию и унесся в сторону мастерской. Конечно, было жалко отрезать от станции часы, которыми я так гордился. Но чего только не сделаешь, лишь бы не слышать вопли и непрерывный стук…

Через пять минут я уже протягивал самые лучшие карманные часы, диаметром, кажется, не больше дюйма.

– Ваш заказ, – я смотрел на мордочку кролика, выражающую, кажется, крайнюю степень восхищения и одобрения. – С вас три…

– Мне не зря вас рекомендовали! Вы мастер своего дела! – он пристально рассматривал циферблат. Внезапно его брови (если у кроликов вообще есть брови) подскочили: – Ах, сколько сейчас времени?! Оно мне этого не простит! Убегаю, убегаю, убегаю!..

С этими словами он пулей вылетел из лавки.

Я остался стоять с разинутым ртом, так и не произнеся заветное «…шиллинга». Я привык, что мне часто платят не деньгами, а ключами, бутылками с ромом, пирожками и всяким таким… Пару раз феи и вовсе пытались расплатиться со мной поцелуями. Но никогда мою работу не оставляли без оплаты… Между тем кролик мгновенно растворился в августовской темноте, и бежать за ним было абсолютно бессмысленно.

В растерянности я собрал остатки железной дороги и ушел чинить вокзал – часы на станции все-таки важная составляющая, как ни крути. До утра меня никто не тревожил, и я смог спокойно собрать и установить на игрушку новые маленькие часы. Пустить по рельсам поезд так и не удалось – когда ремонт был окончен, уже начало светать. И я с чувством выполненного долга ушел спать.

Разбудил меня перепуганный Уильям.

– Чарли! – завопил он, с грохотом распахивая дверь. – Чарли, у нас все часы остановились!

– Ну так заведи их, – буркнул я, переворачиваясь на другой бок, – Уилл, ради Бога, дай мне поспать еще хоть полчаса…

– Это не помогает! – взвизгнул он. – Чарли, они все остановились! Ни одни не идут! Чарли, вставай!