– Нет, Ник, – спокойно отрезал я. – До встречи в пятницу. Ты обещал проводить проверки не больше раза в неделю.
Слабо видимые в полутьме черты его лица стали жестче. Наигранное тепло окончательно выветрилось из голоса.
– До встречи в пятницу, Чарли.
Я знал: он в ярости.
И тогда я еще не подозревал, чем обернется для меня эта ярость.
Кто убил время?
Лето подходило к концу.
Кто-то как будто подгонял время. Мне казалось, что с того момента, как началась моя история, прошло месяца три, а с Уильямом мы и вовсе знакомы не больше месяца… А между тем календарь показывал: прошел почти год. В прошлом октябре пришел Бильмо, в декабре – Уилл, с Вирджинией я познакомился в марте… Прошло почти полгода, а я помнил каждое ее движение и каждый ее жест так отчетливо, что порой становилось страшно.
Одним утром я обнаружил у себя на висках первые седые волосы. Конечно, их появление весьма закономерно: в последний год я спал неприлично мало, а нервничал со своими клиентами из Зачеловечья неприлично много. Мне всего лишь двадцать один, а я начал седеть…
Время, жестокое и неумолимое.
Уильяма время, к счастью, слабо волновало. Оно – последнее, что должно волновать пылко влюбленного мальчишку. Теперь он не ходил, а летал между тремя своими мирами: миром непрерывной работы, миром Зачеловечья и миром искренней мальчишечьей привязанности. Что самое интересное, он успевал жить в каждом полноценную жизнь. Теперь он приходил в лавку рано утром, часам к шести, и, пока я еще спал, доделывал свои заказы. Ровно в девять вечера Уилл сбрасывал с себя рабочий фартук и бежал в сторону дома Ашеров – встречать с работы мисс Герду Уитлоу. Не знаю уж, во сколько он возвращался домой, в Зачеловечье, но в шесть утра он снова появлялся в мастерской – чистый, опрятный, готовый к новому рабочему дню.
Конечно, так не могло продолжаться долго. Уильям принял решение окончательно покинуть мир Зачеловечья в середине августа.
– Знаешь, – обратился он ко мне, аккуратно складывая фартук в комод, – я, наверное, буду снимать квартирку здесь, неподалеку…
– Вот как? – я даже отвлекся от статуэтки балерины, которая, по моему замыслу, должна была поднимать и опускать руки. – Покидаешь Зачеловечье?
– Да, наверное, – он положил сверток на комод. – Ну сам посуди, что мне там делать? Невеста от меня сбежала, а сестра настолько мечтает занять трон, что уже трижды пыталась меня отравить… Хватит с меня этого. Отрекусь от престола, заключу с Ником Договор и перееду к вам, в Человечье. Как думаешь?..
– Какой Договор? – я напрягся. – Нельзя обойтись как-нибудь без договора?