Дед цокнул языком, но ауру убрал. Я на секунду даже об этом пожалел, когда понял, что нам действительно придётся едва ли не расталкивать людей локтями, чтобы пробиться к выходу из порта.

Жаль что эту способность нельзя ограничить дистанцией в пару метров.

Стоило ауре исчезнуть, как жизнь вокруг снова закипела. Заиграли музыканты, заголосили торговцы, предлагая заморские товары, зазвенели колокольчики на башнях.

По воздуху плыл сладкий аромат жасмина и сандала, смешанный с запахами пряных специй и уличной еды. Над рыночными рядами покачивались фонарики и талисманы, отбрасывая причудливые тени на пёстрые навесы.

Симон с присущей ему галантностью делал всё, чтобы избавить Ольгу от неприятной задачи протискиваться сквозь толпу, ведя её за собой. И, надо сказать, у него это отлично получалось.

Вообще, я заметил, что, видимо жизнь в Синде не прошла для него даром, и пробивался сквозь это людское море он с поразительным умением.

Симон ловко уворачивался от носильщиков с бамбуковыми коромыслами, изящно обходил группы паломников в оранжевых одеяниях, и даже умудрялся избегать назойливых торговцев амулетами и благовониями, которые, казалось, могли учуять иноземца за милю.

Вскоре к нам присоединилась охрана Демиров. Они сняли с нас часть задач по тому, как эффективнее прорваться через эту толкучку.

А на выходе нас ждал новенький, отполированных до блеска лимузин. Он здорово выделялся на фоне множества местных видов транспорта, хотя, разумеется, рядом нашлось ещё несколько элитных автомобилей. Но в основном всё пространство вокруг заполняли довольно старенькие машины, а ещё больше было мопедов и рикш.

Над дорогой стоял тонкий туман из выхлопных газов, благовоний и пара от уличных кухонь. От такой смеси резких запахов, не привыкшему к подобному человеку мгновенно становилось дурно.

Нас с Ольгой спасало только то, что мы умели контролировать своё тело

— Мы с дедом по старинке прокатимся на рикше, — сказал я Али, с сожалением глядя на лимузин.

Увы, но я пока так и не поборол свою досадную особенность, из-за которой уничтожаю практически любую технику, к какой бы ни прикасался. Хорошо ещё, что поезда и большие корабли остаются мне доступны, а то пришлось бы до сих пор ходить под парусом или использовать химер, даже в тех случаях, когда это не выгодно.

Али кивнул с пониманием и тут же подозвал двух колоритных рикш.

Их повозки были расписаны яркими сценами из местных легенд. Многорукие божества сражались с демонами, а танцовщицы в прозрачных одеяниях застыли в изящных позах. Над сиденьями нависали пёстрые балдахины, расшитые золотыми нитями.