А затем добавил ещё сюрикенов к тем, что уже в меня летели.

Не думаю, что они были достаточно мощные, чтобы меня ранить, но проверять это я всё же не стал. И просто отступил в тень, мгновенно выйдя из неё прямо позади Яна и рубанув его своим теневым скальпелем-мечом.

Тот, благодаря росту доступного мне объёма энергии за последнее время значительно подрос. Вместо тесака я мог создавать клинок размером с полуторный бастард.

Глава клана Джао вздрогнул, но его щит выдержал.

Резко развернувшись, он напал на меня уже с холодным оружием. Изогнутым клинком Дао, только тоже электрическим.

Удар пришёлся по моему теневому куполу, и по нему прошла рябь.

Силён!

Перед тем как сюда пойти, я потратил много энергии на своих слуг, так что ещё два или три таких удара вполне могут пробить защиту.

Вот только кто ж ему позволит их нанести?

Я вновь ушёл в тень и ещё раз рубанул по его электро-щиту.

И если в атаке он был действительно хорош, то это его заклинание нового удара не выдержало. Но удивить всё-таки смогло.

Громко затрещав, его щит стянулся в один тугой комок энергии и мгновенно полетел в меня.

Причём с упорством, достойным уважения. Снаряд оказался самонаводящимся, и мне буквально пришлось принять его удар. С ещё более громким и противным треском он разбился о мой теневой купол, изрядно просадить его прочность.

Но теперь, когда Ян остался без защиты, ничего не мешало мне схватить его за плечо и разом вырвать часть его силы.

Джао покачнулся, явно не ожидая ничего подобного, но сумел вырваться и, запустив в меня свой клинок, сразу же сложил ладони в молитвенном жесте.

Увы, не затем, чтобы обратиться к своим богам.

Разжав ладони, он выпустил из них электрического журавля, который взмыл под потолок, становясь в этом полёте всё крупнее, а затем начал стремительно пикировать на меня.

Я закрылся теневым лезвием, отбив удар, и птица сменила траекторию, врезавшись в пол.

На мгновение меня ослепило, земля подо мной задрожала, а на месте птицы остался нехилый такой кратер.

Мой купол справился со взрывной волной, но теперь я тоже остался на какое-то время без защиты.

Вот только Ян пострадал гораздо сильнее. Он поставил всё на этого журавля. И теперь тяжело дышал, не в силах призвать даже свои сюрикены.

Увидев, что я пережил взрыв, он сразу понял, что обречён. Это ясно читалось в его глазах. Но бежать он не стал.

Наоборот, выпрямился и с вызовом смотрел на меня.

Я усмехнулся.

— Скажи мне одну вещь, Джао Ян, — заговорил я, — ты достойно сражался сейчас, и я вижу, что ты готов принять заслуженную смерть. Но почему твой клан ведёт себя как стервятник, кидаясь на слабых?