— Я поговорю с Максом, и мы решим, что и в каком количестве лучше выкупать.
— Ты уж его убеди… — попросил Арни и умоляюще добавил, — и скажи, что это и моя идея тоже. И что я весь список лотов достану заранее.
— Ага… — небрежно бросил бывшему другу Прохор, будто подачку, а затем спросил, — ты лучше скажи, когда новый аукцион очагов?
— Так это ещё одна хорошая новость! — расплылся в улыбке Арнольд. — Так как Молот, по сути, расформирован, то и все договорённости с ними ан-ну-ли-ро-ва-ны, — по слогам пропел он.
— И? — поторопил его Калинин.
— Все их лицензии отозваны, а незачищенные очаги вернулись на аукцион. Тянуть время никому не выгодно. Так что уже сегодня мы сможем выкупить права и на ту самую Гамму, и на часть всё ещё актуальных лотов.
— Сегодня⁈ Так чего ты мне мозги паришь со своим Молотом! Во сколько начало?
— У нас ещё целых два часа на сборы есть, — невозмутимо ответил Арни. — Всё равно успеем. Тут же недалеко.
— Это ты, блин, недалёкий! — вспылил Прохор и потянулся к смартфонуН — Надо же успеть Макса предупредить. А вдруг он занят чем-то?
От звука имени Рихтера Арнольд традиционно дрожал и бледнел.
— Ну ты ему тогда всё скажи, а я пойду, пожалуй… — попятился он к выходу.
Калинин в ответ только холодно кивнул, зато, набирая номер Ольги, расплылся в широкой улыбке.
Наконец-то, у Чистилища снова появится работа!
Глава 21
В этот раз аукционный дом просто ломился от посетителей. Прознав, что Диккенсы обанкротились, сюда приехали представители фирм чистильщиков даже из соседних городов.
И за мелкие очаги развернулась горячая борьба.
К счастью, после двух с половиной успешных войн в финансах у нас недостатка не было, так что мы даже сумели перехватить одну из предлагаемых «альф».
— Я думал, что нам они уже не нужны, — удивился Прохор.
— Это для моих личных целей, — пояснил я. — А теперь ждём «гамму».
Как и в прошлый раз, она подавалась как гвоздь программы и главный лот. Но вот только желающих её купить в этот раз было намного меньше.
Многие покупатели даже покинули аукцион, когда за гамму начались торги.
Слишком широко распространились слухи, что этот очаг стал для Диккенсов началом конца. Первой по-настоящему крупной неудачей.
А выжившие в той заварушке бойцы «Молота» только подливали масла в огонь. Выгораживая себя, они зачастую сильно преувеличивали уровень опасности и количество жертв.
По их словам, они там потеряли чуть ли не половину боевого состава. Хотя на самом деле пострадали только командиры и техника.
Но правда гораздо реже интересует людей, чем рассказанная в красках драматичная история.