Но я никогда не скупился на такие внешние эффекты. Поэтому у моих гончих глаза всегда горели, а их вой вызывал ужас на многие километры вокруг.
И частенько именно это экономило мне прорву времени на переговорах. Эффект от таких мелочей трудно недооценить.
— Лекцию об особенностях строения химер я могу провести для вас попозже. Сейчас же важно то, что гончие взяли след. Давайте поторопимся, а то пропустим всё веселье!
Глава 3
Фобос и Деймос не стали бы так реагировать на обычных монстров.
Да и задача у них была изначально другая. Нет, они однозначно взяли след босса очага.
Босс, этим забавным словом англы называют «большую шишку». А в очаге так именуется самый крупный и опасный монстр, обычно защитник ядра.
Появляется он не всегда, обычно на уровне «дельты». Но этот очаг был особенным, поэтому я и подстраховался, создавая в качестве химер именно гончих.
Они не просто умеют охотиться на монстров, а делают это с удовольствием. Так что и спрятаться от них невозможно.
И зная это, я довольно улыбался, пока мы продвигались вперёд, из-за чего ловил на себе обеспокоенные взгляды Прохора с Аланом.
— Что? — спросил я у парней, когда они в очередной раз посмотрели на меня с опаской и подозрением.
И Прохор всё-таки решился спросить:
— Не пойму, чему ты так радуешься. Разве это не слишком большая опасность? Я знаю, что ты силён, но если это и правда босс очага, то не пора ли нам уносить ноги? Я слышал про этих тварей. На них даже сильные кланы собирают по пять боевиков, не меньше.
— Так много? — удивился я, — похоже, современные маги стали совсем неженками.
— Или монстры действительно слишком сильны, — мрачно отозвался Алан, — иногда в сражениях с ними гибнут даже экзекуторы.
Я хмыкнул.
— Ты точно сейчас говоришь о «дельта»-очагах?
— Разумеется, — мгновенно ответил он, — про очаги, чей уровень выше дельты вообще ничего не известно. Кланы хранят информацию для себя.
Прохор недовольно добавил:
— Большинство кланов настолько жадные, что не раскрывают даже информацию о монстрах, которых можно встретить в высокоуровневых очагах, уже не говоря о тактиках противодействия.
М-да. А как же человеколюбие, взаимовыручка и сплочённость человечества перед общим врагом?
И почему я не удивлён? Прошла тысяча лет, а одарённые так и остались погружены в межклановые войны. Какие-то вещи никогда не меняются.
Хотя я и сам был бы разочарован, если бы мои старые соперники и враги стали совсем беззубыми.
Мир, в котором все дружат — пугающее и совершенно неестественное место.
Тем временем мы пересекли ещё несколько коридоров битком набитых прыгунами и летягами. И пока я, размышляя, молча истреблял монстров, мои союзники снова предприняли попытку меня остановить.