— Это уж точно, — снова поддержал бывшего друга Прохор, — если бы не острая необходимость держать проблемные очаги под контролем, я думаю, нам и через полгода было бы не на что надеяться. А так они просто вынуждены будут возобновить работу в какой-то разумный срок, ведь уровень очагов растёт. Чем дальше, тем труднее их зачищать.
— Нам это не подходит, — высказал я, после того как парни объяснили ситуацию, — даже неделя задержки — это слишком много. Я уже молчу про месяц. Если сейчас нельзя ничего сделать с проблемными очагами, нам нужен другой план.
В кабинете повисла тишина. Но по напряжённым физиономиям моих собеседников я видел, что каждый из них пытается что-то придумать.
В конце концов, Прохор несмело предложил:
— Ну… мы могли бы поехать на аукционы в соседние города. Вот только… совсем не факт, что это покроет наши нужды.
— Точно не покроет, — уверенно подтвердил Арнольд, — я уже думал об этом и отслеживал рынок. Самые жирные очаги в нашей области появляются именно у столицы. Кроме того, мы разоримся на транспортировке. Надо будет создавать филиалы на местах, бороться за рынок, ещё и местные лицензии выкупать.
— Резонно, — кивнул я, — но не верю, что это всё, что можно сделать.
Парни вновь задумались, а потом Зеппельт осторожно сказал:
— Ну… есть один вариант. Можно поехать волонтёром в один из пограничных фортов.
Финдиректор замолчал, а Алан наоборот горячо воскликнул:
— Ты с ума сошёл⁈ Это самоубийство!
Я же от этих слов расплылся в улыбке. Реакция заместителя Прохора стала для меня прекрасным индикатором подобных ситуаций.
Похоже, это именно то, что мне и нужно.
— Так-так, — заинтересованно обратился я к ним, — а вот с этого момента поподробней.
Глава 21
Услышав мой вопрос, Алан заметно занервничал. Он уже понял, к чему всё идёт, но также знал, что теперь его предостережения никого не заинтересуют. Его нелюбовь к рискам мне, как и всем вокруг, уже давно была известна.
Причём зачастую, он опасность переоценивал. Хотя трусом не был, и в трудных ситуациях всегда держался достойно, не случайно в нападении на подпольную арену Цербера, Алан играл едва ли не ключевую роль.
Но вот паниковать на этапе обсуждений не переставал.
Вот только сейчас напрягся даже Прохор.
И это ещё сильнее убедило меня в том, что я на правильном пути.
Не волновался только Арнольд. Под осуждающим взглядом бойцов он охотно выкладывал мне подробности.
И из его рассказа я понял следующее.
За последнее столетие скверна захватила практически весь мир. Чистые территории остались только вокруг крупных городов, либо специальных защищаемых сельскохозяйственных регионов, которые эти города кормят.