Граф нахмурился.

— Чернов, ты вообще как, нормальный? Сотруднику Тайной Канцелярии сообщать о том, что планируешь убийство?

Я сделал самое невинное выражение лица:

— Василий Фёдорович, да вы что, какое убийство? Ну кому он нужен, этот ходячий холодец? Я исключительно переживаю за Нагу, чтобы она не сорвалась. Согласитесь, будет очень некрасиво, если попросившие убежища инферны станут нарушать законы Империи?

Фирсов ещё раз вздохнул. Откинулся на кресле, закрыл глаза, помассировал виски пальцами.

— Ладно. Постараюсь пробить, кто это такой. Но чтобы всё тихо было! Договор?

Он протянул мне руку, и я её пожал.

— Обижаете, Василий Фёдорович! Конечно, договор!

В холл из кабинета меня проводил лично Фирсов.

— Ваше Высочество, — услышал я приглушённый голос Наги, когда мы уже почти спустились по лестнице, — не могли бы вы меня выдрать?

Я чуть ступенькой не промахнулся.

— … ой, то есть выдернуть! Русский язык такой сложный!

Уж не знаю, зачем Нага полезла в аппарат с шоколадными батончиками и пончиками, и почему не воспользовалась для освобождения своей телепортацией, но когда мы с Фирсовым спустились в холл, то застали там чудесную картину.

Нага, в таком же полуспортивном костюме, как на мне, стояла на коленях, засунув в лоток аппарата голову и одну руку. Кажется, я видел фильм, который начинался похоже… Понятно теперь, на каких каналах Нага язык практиковала!

В это время принц Владимир, немного смущаясь, пытался эту нахалку из аппарата выдернуть, взявшись за бёдра. С третьей попытки у него это получилось, и очень довольная Нага вылезла со своей добычей — пончиком. Молния у неё на кофте при этом почему-то оказалась расстёгнута чуть не до пупка, открывая принцу чарующий вид.

Накажу.

Не так, как ей того хотелось бы, но накажу.

— А мы тебя ждали! — обрадованно бросилась мне навстречу Ариэль.

— Давно? — я недовольно покосился на Фирсова.

— Папа приказал подержать до утра, — улыбнулась Анна, тоже вставая, — в воспитательных целях, видимо. Нас уже отпустили, но я хотела тебя дождаться, чтобы поблагодарить.

— Ваш батюшка уже поблагодарил, — хмыкнул я, — даже орден обещал какой-то!

— Полагаю, Николая Чудотворца, — понимающе кивнула принцесса. — За всю историю их не больше дюжины выдали, первой и второй степени. Это не самая почётная, но очень редкая награда!

— То, что вы с братом живы, уже само по себе награда, — я обратил внимание, что браслет всё ещё на руке у принцессы. — А ёжика оставь себе. Только не забывай кормить, и он будет тебя исправно защищать.

— Ах да, ёжик… — принцесса подняла руку с браслетом, будто любуясь им. — Я видела его иглы. Спасибо, Артём.