И тут в голове как будто предохранитель отщёлкнул. События вчерашней ночи накатили бурным потоком.

Я вспомнил всё.

Когда Володя с Нагой удалились наверх, я внезапно воспылал к девчонкам чувством. Причём не тем, о котором думаешь в первую очередь, а таким… После покушения мне захотелось защитить их во что бы то ни стало, и я, недолго думая, развёл их на постановку печати.

Объяснил, что будет больно. Объяснил, что это для их же блага. Объяснил, что лучше бы им раздеться, потому что в лучшем случае одежда будет мокрой от пота, а в худшем они её могут и порвать.

Мне, если честно, сложно понять, чем руководствовалась Анна. С Ариэль понятно, она многое видела и что-то для себя поняла. Поэтому, когда я сказал, что поставлю печать и лучше раздеться — она высказала ровно ноль сомнений. Скинула с себя почти всё, только трусики оставила.

Видимо, Аня просто последовала её примеру. А может, уже прониклась ко мне доверием. Но лифчик снимать не стала.

А может, поначалу они восприняли всё, как игру. Но после того, как Аня и Ариэль уселись напротив меня, я начал выжигать на их душах всамделишную печать.

Чёрт! А ведь и правда! Энергия-то и впрямь почти на нуле!

Помню, как девушки орали от боли и как отчаянно хлопали себя по коленкам, а потом стонали от наслаждения в моменты передышек. Помню, как спросил, не хотят ли они отыграть всё назад, пока не поздно. Помню, как они отказались и мы продолжили ритуал.

И помню, как потом все втроём рухнули без сил на диван и уснули.

Твою-то мать…

Это ж какое палево, а⁉

И если Ариэль можно ничего не объяснять, то принцесса Анна. Так… Так-так-так… Всё-таки алкашка лилась рекой. Нужно понять, что именно она помнит, и действовать исходя из этого. Что бы такого придумать?

Кто и как вообще заметит на ней печать? Да никто! И никак!

— Чудеса, — на всякий случай сказал я и постарался перевести тему: — А какая у нас на сегодня культ-программа?

При этом краем глаза заметил, что Ариэль устало улыбнулась и покачала головой. Стало быть, рогатая всё прекрасно помнит.

Анна в ответ на вопрос о наших планах ответила что-то невразумительное про охоту на оленей, а потом спросила:

— Артём, а ты видел когда-нибудь что-то подобное?

— Э-э-э, — я сделал вид, что пытаюсь припомнить, а сам вновь принялся за сэндвич. — Честно говоря…

Дзынь-дзынь, — от продолжения неловкого разговора меня спас телефонный звонок. Номер был скрыт, но входящий абонент с порога требовал включить видеосвязь.

— Чернов?

Я подавился второй раз за утро. На том конце видеомоста был Император. Неужели в доме были камеры⁉ Неужели он видел, как мы с его доченькой нажрались вдрабадан, разделись, а затем добрую половину ночи мычали друг на друга⁉