И она выпорхнула из кабинета.

Дед проводил её задумчивым взглядом.

— Даже не начинайте, Михаил Александрович! — предупредил я.

— А что я? — пожал дед плечами. — Я ничо. А оно вон чо!

И сам расхохотался своей шутке. Но тут же сделался очень серьёзным.

— Вы ведь не это… нет?

— При каждой встрече императору отчитываюсь, — закатил я глаза, — теперь и вы туда же? Нет, мы не это. Лучше скажите, Ваше Благородие, помог ли кристалл с порталом?

— Подвижки есть, — кивнул дед. — Это точно будет работать. Но мне нужно время, чтобы всё доделать.

— Боюсь, деда, у нас нет этого времени, — покачал я головой.

— Я понимаю, внук, о чём ты, и полностью с тобой согласен, — дед уставился мне в глаза.

— А кстати, — вдруг вспомнил я. — Помните кусты, которые мы привезли из первого рейда в эпицентр? Я ещё попросил их высушить и никому не показывать.

— И не показываем никому, — хмыкнул дед. — Лежат на складе. А что?

— Заварите себе из них чай, — улыбнулся я. — Думаю, пары листочков хватит. Больше определённо не сто́ит.

ㅤ

За ужином царила почти семейная атмосфера. Инферны уже, можно сказать, стали членами семьи, да и императорские дети тоже чувствовали себя как дома.

Нага удивлялась, что за странный запах в её комнате, вроде раньше такого не было. Володя краснел и молча ел. Аня не вылезала из телефона, с кем-то переписываясь и мрачнея с каждой минутой всё больше, и, не доев, убежала в библиотеку. И только мы с Ариэль просто наслаждались спокойствием.

Да, суеты хватало. Но всё познаётся в сравнении. И по сравнению с беготнёй по внутренностям гигантского червя, все эти хлопоты автоматически воспринимались, как милые и приятные.

Ну а после ужина я вообще кайфанул от души.

На улице уже не май месяц, — вон, даже снег не торопился таять, — и моей инферне доверили почётную миссию: впервые в этом году разжечь камин в гостиной Черновых. Так что время я коротал у огня.

Володя с Нагой опять уединились в своей комнате, а мы с Ариэль залезли под плед. Отогревшаяся наконец напротив огня, принцесса только что не мурлыкала от удовольствия. Я же обнимал левой рукой такую приятную на ощупь красотку, слушал треск камина и цедил коньяк.

— Красиффо, — довольно протянула рогатая, глядя на пламя.

Тут и Аня присоединилась к нам, усевшись на диван справа от меня.

— Тоже хочу под плед, — заявила она, раздражённо бросив телефон на столик. — Бесят!

Я отставил коньяк туда же на столик и молча укрыл пледом и Аню тоже. Она также молча пододвинулась поближе, и мне ничего не оставалось, как приобнять её правой рукой. Но хитрюга этого, похоже, и добивалась.