Гелий. Два десятка цистерн. Подозреваю, как раз достаточно, чтобы заправить все эти дирижабли.
И если сами дирижабли мне было жалко, то гелий, хоть он, собака, и дорогой — не настолько. Тем более, что надо как-то людей из производственных цехов выманить!
На установку взрывчатки под каждую из цистерн у меня ушло полчаса. Все взрыватели я установил на первый радиоканал.
После этого заглянул в производственный цех. Очень удачно в нём обнаружился склад лакокрасочных материалов. Горят эти самые материалы не хуже напалма, хрен потушишь. Здесь я обошёлся всего одним взрывателем, который переключил на второй канал.
По идее, после первого взрыва должны начать эвакуацию персонала. Хоть на заводе и хватало японцев, но большинство рабочих местные. Да и в любом случае, зачем мне лишний груз в Океане. Так что дам им пять минут, и только тогда второй взрыв.
Напоследок снова заглянул в ангар. Последняя гондола как раз исчезала в тенях.
Вроде всё, можно уходить.
Глава 10 В эфире
Сидя на спине Лавы, я смотрел как над городом светлеет небо. Мы опустились по самому центру поля. В том самом кружке, с которого начинается игра. Изо рта у меня шёл пар, а в кармане лежал пульт дистанционного подрыва. И хорошо мне так было. И так спокойно.
Сторож всё так же дрых, а других желающих попасть на стадион не было. Время раннее, да плюс первый мороз, да плюс оккупация города японцами. Так что не до бега жителям Улан-Удэ, явно не до бега.
— Артём! — раздался радостный крик Ариэль слева, стоило мне выйти из теней.
И почти тут же:
— Черно-о-о-ов! — справа прокричал Володя. — Мы справились!
Инферны вели своего промышленника под руки, спецом выкрутив побольнее. Думаю, неспроста. Наверняка гад уже успел перед ними провиниться — демоницами называл или что-то в таком духе. И более того, этот пухлый мужичок бурятской наружности топал по первому снегу босиком, одетый в одну лишь потешную пижаму с гусями. Рожа перепуганная, губы в крови, а под правым глазом расцветает синяк.
Ну точно напросился…
Так что спорить не буду, Ариэль видней.
Мэр тем временем шёл сам. В уютном даже с виду байковом халате и тёплых пушистых тапочках. Этот не перепуганный, а скорее опущенный какой-то. Глазки стыдливо в пол, руки по швам и уголки губ застыли перевёрнутым смайликом. Ну ты поплачь ещё, блин…
Императорские дети вышагивали позади.
— Вот тебе подарочек! — хохотнула Нага и эффектным поджопником отправила Хубитуева поваляться на газоне. — Не поверишь, где мы эту гадину достали…
— А ты расскажи, — улыбнулся я.
— Простите-простите-простите, — промышленник тем временем встал на колени и пополз обратно, к Нагаферисске. Ох и зашугала же она его.