—Нужно уничтожить всё, что я не смогу взять с собой. Просто спрятать тут вещи слишком рискованно, этим я подставлю магов, а я не хочу никого подставлять.

На это Сьюн не нашла что возразить.

Уже в углу, за мешками, я бросил вещи себе под ноги и приложил пальцы правой руки к запястью левой. Доспех облепил меня за долю секунды.

Чёрт, я и забыл, как это больно. Конечно, не настолько больно, как первый раз, но всё же…

Средний драконий доспех Пепла поменял моё тело. Хруст костей отозвался по всему скелету, мышцы напряглись и вздулись мощью. Я размял шею, хрустнув позвонками, а затем приступил к главному.

Одну за другой взял вещи в раскалённых докрасна печатках. Именно они уничтожили всё, что лежало у моих ног, стоило лишь захотеть это уничтожить.

Плащ Волькири, форма охранника, изуродованная одежда мертвоедов и ножны из-под оружия — всё истлело в пепел прямо на моих глазах.

Сложнее было с оружием. Сначала оно долго раскалялось, затем металл всё же покорился, обмяк и постепенно тоже истлел, рассыпавшись, как сгоревшая бумага. Перчатки не давали пламени — только тление, но и оно уничтожило всё, что я хотел уничтожить.

Эх, если бы точно так же испепелить все препятствия на моём пути…

* * *

Покинув склад семейства Тафлу, я отправился в ту сторону, куда указала девочка. Шёл по узким переулкам, в тенях домов, но старался двигаться спокойно, без паники, будто спешу утром на работу, а не спасаюсь от погони.

Мне нужна была котельная и некие «красивые ослики».

Глазами я искал трубы и дым. Они обнаружились чуть дальше, через квартал, и я поспешил туда. По дороге мне встретилась пара семейств мертвоедов, несколько горгунов и сильф, но никто не обратил на меня внимания: ну идёт какой-то ард, грязный и измотанный — что тут интересного?

Для пущей убедительности я опустил голову и плечи.

Никто не связывал меня с тем сбежавшим латчем, потому что он, как всем уже было известно, убегал с сильным ранением ноги и плеча. Я же шёл ровно и не истекал кровью.

Правда, у меня осталось всего четыре часа действия яда, убивающего цвет. Потом мои глаза опять станут обычными, а новую таблетку можно будет выпить только завтра утром, иначе я рискую просто сдохнуть, хотя причины сдохнуть и без яда тут легко отыщутся.

Я склонил голову и прошептал, обращаясь к медальону:

— Сьюн, напомни мне насчёт глаз через четыре часа. Я могу забыть.

Медальон нагрелся и снова стал холодным.

Моего ратника со мной не было. Сьюн пережидала в Каскадах, потому что навык Живого скрытия работал всего несколько минут, а я не хотел, чтобы ратника случайно заметили. Со мной оставалось только её райфу.