Иглы были тонкими, острыми словно зубы пираньи, и потому легко находили бреши в герметичных, но мягких костюмах бактериологической защиты. А яд, скопленный в полостях этих игл начал стремительно убивать свои цели едва попав в человеческие тела. Началась неразбериха, число защитников резко снизилось, да и боеспособность остальных оказалась временно под вопросом. Так что, когда прорвавшихся тварей наконец прикончили, фронт приблизился к баррикадам практически вплотную.

Оставив за спиной ещё живых раненных, командир с оставшимися бойцами решил наконец действовать кардинально.

— Пали! — приглушённая из-за противогазов команда наконец отдана. И вот уже трое огнемётчиков, экстренно прибывших с соседнего перехода, заливают место прорыва жидким огнём, взметнувшееся тотчас до самого потолка, где высветилось ещё десятка полтора многоножек и прочих тварей. Попав под удар стихии, искажённые, ползущие по потолку и по стенам, рухнули прямо в пожар, а сам проход оказался временно заблокирован.

— Отходим! Перегруппироваться!

Отряды, державшие заслон по всему фронту, в очередной раз были вынуждены отступить на новый рубеж так как противник по всем признакам опять нашёл бреши в коммуникациях, и стенных панелях, прикрывавших голую породу почти повсеместно.

Твари каким-то жутким способом буквально крошили базальт и гранит в песок, пролезая сквозь стены, заходя с флангов или тыла, и постоянно угрожая людям скорым окружением. И только одно спасло от прорыва сразу на верхних уровнях города — толщина и прочность внешней подземной брони.

Да, чем ближе был этаж к поверхности, тем прочнее была его защита. При том не только перекрытия и стены, но и укрепление сводов пещер становилось куда монументальнее. А стены и вовсе были одеты в стальные листы толщиной от дюйма. Люди постарались предусмотреть как прорыв противника внутрь города, так и ведение активных боевых действий внутри него, а потому не жалели дармовой стали, оставшейся после гибели цивилизации, и толстых сварных швов, соединявших пол и своды подземного города в единое целое. Собственно, из-за чего и произошёл прорыв на глубине столь легко — седьмой уровень города считался самым безопасным, а потому не имел брони от слова совсем.

Вот почему твари лезли теперь по коридорам и коммуникациям, двигаясь с изрытых вдоль и поперёк нижних уровней. И вот почему люди с охотой отступали всё дальше и дальше. Ведь чем ближе к поверхности, тем прочнее были своды и залы, и тем эффективнее была оборона! И тем меньше потерь они понесут, сдерживая врага.